«Реалист»: Суннитские монархии Персидского залива разорвали отношения с Катаром. Как это отразится на региональном балансе сил, роли Турции и Ирана на Среднем Востоке?
Дмитрий Егорченков: Турция в этом смысле выступает медиатором – параллельно с Кувейтом. Близкие отношения между Турцией и Катаром – вещь довольно известная. В силу поддержки руководством Катара движения «братьев мусульман» в самых разнообразных формах, а мы помним, что нынешнее правительство в Анкаре как минимум идейно с ними связано. При этом у Турции хорошие отношения и с Саудовской Аравией. Так что у Эрдогана на руках неплохие карты.
Однако, как мне кажется, ключ к вопросу, почему же всё это начало происходить так резко, лежит в развороте американской политики по Ирану. Все контакты, которые у Катара с Ираном в последнее время были в принципиально плане не нравились соседям-конкурентам Катара в регионе. Монархии Залива за ширмой ССАГПЗ ведут себя крайнее недружелюбно по отношению друг к другу, конкурируют на всех возможных форматах и геополитических площадках. И сейчас, когда наметилось сближение Дохи и Тегерана (в противовес Саудовской Аравии) по Катару нанесли массированный удар – информационный и дипломатический. Думаю, что до военного столкновения все же не дойдёт. Штаб-квартира Центрального командования Вооруженных сил США говорит сама за себя. А вот игра военными мускулами какое-то время будет продолжаться, стороны ещё будут, наверное, какое-то время забрасывать друг друга разнообразными информационными поводами.
Можно разобрать этот информационный повод, который был вброшен американской прессой относительно того, что Катар потратил $1 млрд, заплатив каким-то неопознанным террористам, не говорится, каким конкретно террористам, в результате того что несколько десятков людей с королевской фамилией попали в плен к террористам на юге Ирака. Террористам шиитским, что само по себе вызывает удивление и убежденность, что конечной целью этого удара был даже не Катар, а Иран.
А на Катар все сейчас набросились все мировые СМИ, начнутся разговоры, что нужно лишить Доху чемпионата мира по футболу. С другой стороны, думаю, что минимум через неделю вопрос начнёт приходить в нормальное русло. Напоминаю, что подобное развития событий уже было, уже и послов высылали из Катара несколько лет назад, было обострение очень похожее. Тогда посредниками выступали Кувейт и Оман. Сейчас вот очень похоже, чуть в больших масштабах, но тем не менее.
Ещё один интересный момент, который приходит в голову – все это обострение укладывается не только в историю противодействия Соединённых Штатов и Ирана, она ещё немного в конкуренцию США и Европы, потому что Катар – это один из основных партнёров многих государств Европейского Союза. Франция, Германия – там Катар давно скупает активы. И вот эту геополитическую ветку тоже нужно принимать во внимание.
«Реалист»: Есть ли основания полагать, что американцы завязывают таким образом Катар и Иран на турецкий маршрут поставок газа в ЕС?
Дмитрий Егорченков: Я бы с Вашей логикой согласился, если бы не американская военная база. Если бы ее там не было, я бы даже, наверное, предположил, что это элемент торговли между корпорациями, но наличие там серьёзнейшего американского присутствия военного больше 10 тыс. военных, это всё-таки говорит о том, что военного решения нет. Да, Катар решили проучить за контакты с Россией, за контакты с «Роснефтью», за контакты с Ираном и в целом за излишнюю самостоятельность по всем основным вопросам. Надо не забывать, что заливникам надо сейчас найти ту самую «бабу ягу», которая ответит за всех, за поддержку и финансирование терроризма, не может же ей стать Саудовская Аравия, но кто-то же должен ответить, в том числе и материально. Похоже, коллективное мнение стран Персидского залива заключается в том, что за всё должен ответить Катар, который всем несколько поднадоел со своими деньгами и амбициями.
«Реалист»: Американцы же давно стремятся пустить катарский газ на европейский рынок, не так ли?
Дмитрий Егорченков: Думаю, что такие концепции безусловно были, и они были при Обаме. Но Трампу придётся сделать что-то совершенно невероятное, чтобы это реализовать, особенно после открытия центра по борьбе с терроризмом совместного с Саудовской Аравией. То, что при Обаме такие концепции могли формироваться, в том числе и в рамках военной элиты американской – вполне допускаю. Как говорится, не получилось через Сирию, потянем через Иран. Но для этого придется допустить, что Вашингтон решился все же на глобальную перекройку геополитической карты Ближнего Востока. По модели следующей модели. Завязка – начало военного конфликта между Саудовской Аравией и Катаром. Развитие – вмешательство в конфликт Ирана. Развязка – армия США приходит на помощь союзнику и на защиту своих объектов в Заливе. Самое печальное, что экономические и геополитические бонусы для США от такого развития событий, если вдуматься, на лицо. Если у Трампа хватит решимости на такую «большую игру» – нас ждет новая война в заливе.
Дмитрий Егорченков – директор Института стратегических исследований и прогнозов РУДН, специально для Экспертной трибуны «Реалист»
