События «Арабской весны» 2011 года дали некоторую надежду сирийским курдам на восстановление их исторических законных прав и свобод. Ведь в последние десятилетия коренной для этих мест 3-х миллионный курдский народ Сирии оказался на положении угнетенного и преследуемого властями этнического меньшинства. Практически все арабские режимы в Дамаске проводили политику насильственной ассимиляции курдов, их дискриминации, массовых депортаций и репрессий. Запрещались курдский язык, национальная одежда, политические и общественные организации. Свыше 300 тысяч курдов оказались лишены сирийского гражданства со всеми вытекающими из этого ущербного статуса последствиями.
Естественно, что курды приняли самое активное участие в митингах, демонстрациях и других акциях протеста против режима Башара Асада весной 2011 года, однако с переходом событий в Сирии в стадию гражданской войны, предпочли занять нейтральную позицию и сосредоточились лишь на вооруженной защите своих исконных земель. К этому курдов вынудило позорное бегство правительственных войск из северных районов страны и агрессивные действия боевиков-джихадистов «Исламского государства»* (организация, деятельность которой запрещена в России).
Лидеры курдов не питали иллюзий, как в отношении джихадистов ИГ*, так и баасистов-алавитов Асада и их противников из числа арабов-суннитов. Все они одинаково враждебно относились к курдам, и кто бы из них не правил в Дамаске, надежд на справедливое и равноправное отношение к курдскому меньшинству никогда не было и нет сейчас. Поэтому курды, разгромив в ожесточенных наземных боях бандформирования ИГ*, создали на севере Сирии свой автономный района «Рожава» и вступили в союз с неподконтрольными Асаду арабскими племенами Заевфратья. Сейчас им приходится сдерживать агрессивные действия турецких войск и попытки проасадовских сил прорваться на восточный берег реки Евфрат, чтобы захватить месторождения нефти и газа. Небольшой контингент ВС США (около 500 человек) оказывает курдским отрядам логистическую и огневую поддержку. Объективно, Вашингтон остается не только союзником курдов в борьбе с боевиками ИГ, но и гарантом их безопасности.
К сожалению, курдские делегации ведущих политических сил «Рожавы» (ПДС и КНС) на переговоры в Женеву и Астану (Нур-Султан) по мирному урегулированию сирийского конфликта не приглашаются. Категорически против их участия в переговорах выступают Дамаск, Анкара и Тегеран, которые не признают прав национальных меньшинств и намерены продолжать политику дискриминации и ассимиляции курдов. Попытки представителей ООН и России включить курдов в переговорный процесс пока успеха не имеют. При сложившейся антикурдской региональной коалиции рассчитывать на восстановление законных прав и свобод курдов в будущей конституции Сирии и их пропорционального представительства в коалиционных органах власти не приходится. Более того, есть серьезные опасения, что с возможным приходом к власти в Дамаске арабо-суннитского большинства во главе с радикальными исламистскими группировками типа «Братьев-мусульман»* положение курдов в стране еще более ухудшится. Реджеп Эрдоган постарается использовать свое влияние на сирийских исламистов, чтобы решить силой «курдский вопрос» так, как он это делает в самой Турции.
Некоторые псевдоэксперты и псевдополитологи пытаются навесить на сирийских курдов ярлыки сепаратистов и террористов. Последнее стало модным в обиходе не только со стороны Дамаска и Анкары по отношению к курдам, но и, например, со стороны украинских властей по отношению к жителям Новороссии. Все, кто не поддерживает антинародную власть, относятся к террористам, которых можно бомбить и убивать с помощью тяжелых видов оружия. Этим активно пользуется Эрдоган на севере Сирии в районах компактного проживания курдов.
На самом деле, сирийские курды хотели бы жить в мире и дружбе с другими народами в новом сирийском государстве на принципах федерализма и равноправия всех этнических и религиозных общин. В то время как правительственные войска в панике разбегались и бросали тяжелые виды вооружений и боевой техники боевикам ИГ*, взывая Россию, Иран и другие страны о помощи, курды создавали отряды самообороны и громили джихадистов. Объективно, курды не только сохранили нейтралитет в междуусобной гражданской войне в стране, но и сыграли решающую роль в победе над таким международным террористическим монстром как «Исламское государство»*.
Поэтому сепаратистами и предателями своего народа можно скорее назвать окружение Асада, расколовшее страну по конфессиональному признаку и опирающегося в основном на арабо-алавитское меньшинство и функционеров партии Баас, а к государственным террористам можно отнести вторгшихся в Сирию в нарушение международного права и суверенитета страны турецких агрессоров. Анкара также опирается в Сирии на своих сателлитов из числа террористических группировок типа «Джабхат ан-Нусра»*, «Гейят тахрир аш-Шам»*.
При уважительном и доброжелательном отношении Дамаска к курдам они могли бы стать опорой будущего государства, связующим звеном и посредником в мирном урегулировании межарабского конфликта в Сирии, как это неоднократно имело место в соседнем Ираке. Лидер иракских курдов Масуд Барзани не раз помогал преодолевать правительственные кризисы в Багдаде между партийными блоками шиитов и суннитов. А при нынешнем бойкоте сирийских курдов и продолжающимися угрозами в их адрес из Дамаска и Анкары мирно решить сирийский кризис не представляется возможным. Такая твердолобая и недальновидная политика Асада и амбиции Эрдогана лишь замораживают сирийский конфликт и фактический раскол страны на анклавы (проиранский, протурецкий и курдско-американский).
* организация, деятельность которой запрещена в России
Станислав Иванов — кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН, специально для ИА Реалист
