МОСКВА (ИА Реалист). Наша рублика, посвященная символам эпохи, продолжается. Сегодня мы поговорим о таком символе эпохи, который почти не виден извне — о скрытом символе. Я имею в веду Николая Патрушева, человека, который почти не появляется в публичном пространстве, но бесспорно является одним из символов нашей эпохи. Причем ключевым символом, но абсолютно не явным — невидимым великаном.
В принципе, таким скрытым символом мог бы считаться Волошин, но в переломную эпоху Александр Стальевич вынужден был выйти на авансцену. Патрушев же, занимая в течение четверти века ключевые посты, авансцены избежал. И это характеризует Патрушева: он смог то, чего не смог один из самых сильных людей постсоветской России — Волошин. Патрушев оказался сильнее Волошина.
То что именно эти два человека наименее публичны из всех описанных нами людей, совершенно не случайно. Во-первых, оба символизируют наименее публичные группы российской элиты —чиновничество (Волошин) и госбезопасность (Патрушев). Публичность этим группам не интересна, она им мешает, но дело не только в этом.
Патрушев и Волошин не стремились к публичности в силу личных качеств. Как мне кажется, два этих человека самодостаточны, а поэтому не нуждаются в формальном внешнем подтверждении своей состоятельности и влияния (власти), что собственно и дает публичность. Поэтому они оказываются над суетой и мелким честолюбием, что делает их символами своих кругов — их личности в наибольшей степени соответствуют требованиям, которые предъявляют к личным качествам те слои, которых они символизируют. При этом Патрушев смог больше, чем Волошин — он смог не стать публичным.
Как же так получилось? Попробуем разобраться.
Многие считают (не без оснований), что судьба Патрушева определилась в 1975 году, когда он работал в контрразведывательном подразделении ГУ КГБ по Ленинграду и Ленинградской области, куда в это время приходит выпускник Ленинградского университета Владимир Путин. И это действительно правда — встреча с Путиным определила судьбу Патрушева. Только это не вся правда.
С момента перехода Путина в разведку и до назначения Путина в администрацию Бориса Ельцина (а это около 20 лет) пути Путина и Патрушева не пересекались. За это время Патрушев не потерялся, а сделал блестящую карьеру в органах безопасности В 1992 — 1994 гг. он министр безопасности республики Карелия. В 1994 — 1998 гг. — начальник управления собственной безопасности ФСБ России, заместитель руководителя департамента — начальника организационно-инспекторского управления департамента по организационно-кадровой работе ФСБ России. То есть становится одной из ключевых фигур в Федеральной службе безопасности. Все вышесказанное позволяет утверждать, что Патрушев — не просто человек, которого сделал Путин, а личность, обладающая немалым собственным потенциалом.
Дальше идет 10-летний период: Патрушев движется за Путиным. Сначала Путин сажает его в кресло главы контрольного управления президента, которое до этого занимал сам. Перейдя в ФСБ, Путин делает Патрушева своим заместителем, а став президентом — назначает главой ФСБ. Все это показательно, но очень ожидаемо.
А вот дальше начинается интересное: в 2008 году Патрушев становится секретарем Совета безопасности России. Тогда многие считали это почетной отставкой, необходимой при приходе нового президента РФ Дмитрия Медведева, который должен расставить своих людей. Но эта гипотеза полностью не подтвердилась, хотя бы потому, что главой ФСБ стал Александр Бортников, человек Патрушева. Так что влияние Патрушева на ФСБ увеличилось.
Нет, дело не в отставке. Скорее можно говорить о выходе Патрушева на новый уровень власти и влияния. И дело тут в самой новой должности Патрушева — секретарь Совета безопасности. Этот орган у нас выполняет две функции. Во-первых, это главный механизм управления силовым блоком, инструмент синхронизации усилий министерств силового блока по выполнению государственных задач. Секретарь концентрирует в своих руках огромную власть. И здесь встает важнейший вопрос: кто он — секретарь Совета безопасности: представитель силовиков в высших эшелонах власти или контролер над силовиками со стороны этой власти? Патрушев одновременно является и тем, и другим, и в этом его уникальность (Единственный из секретарей СБ, который был на схожей позиции, являлся Сергей Иванов, но он не удержал баланс, вступив в конфликт с тогдашним министром обороны). Это во-первых, но есть и во-вторых. СБ — не только верхушка силовой вертикали, но и центральный орган стратегического планирования и управления. Не даром в него входят не только силовики, но и председатель правительства, руководитель Администрации президента, главы палат парламента — то есть все те, кто подчиняется президенту непосредственно.
Аналогом СБ является Политбюро ЦК КПСС. И секретарь СБ обладает властью, сравнимой с той, которой при Ленине обладал генеральный секретарь ЦК ВКП (б). Естественно, что секретарь Совбеза с политическими амбициями может стать угрозой для государства – достаточно вспомнить Лебедя или Березовского.
Патрушев наиболее подходящий человек для этой должности. Он не стремится к публичной политической позиции — она ему просто не нужна. С другой стороны, в силу наличия у Патрушева собственного потенциала, его лояльность Путину не является вынужденной, он не потому идет за Путиным, что без Путина он ничего из себя не представляет, а потому, что идти за Путиным — его осознанный выбор. Именно поэтому Путин мог доверить эту ключевую должность Патрушеву и именно поэтому Патрушев на посту останется столько, сколько это возможно.
Какие же выводы можно сделать?
Патрушев — один из ближайших соратников Путина. Но главное его достоинство состоит в том, что он не пытается из соратников превратится в соправители Путина, как это пытались некоторые. Поэтому он наиболее пригоден для роли секретаря Совбеза — человека, обладающего такой непубличной властью, что его нелояльность может быть опасна для государства. Не пытаясь занять публичное политическое место, он гарантирует тем самым свою лояльность.
И поэтому Патрушев — одна из самых сильных фигур в окружении Путина. И эта его сила определяется личными качествами, его внутренней самодостаточностью, он не только входит в команду Путина, он во многом сделал себя сам. И именно эта самодостаточность делает его могущественным и одновременно гарантирует его лояльность президенту, так как эта лояльность осознанная не от слабости, а от силы.
Все вышесказанное не означает, что Патрушев — богатырь или герой, а лишь говорит о том, что он посту cекретаря Совбеза соответствует не только по компетенции и опыту, но и по личным качествам. И поэтому можно утверждать, что значительный вклад в устойчивость российской власти вносит этот немолодой человек с усталым лицом. И поэтому Патрушев — не только символ чекиста, он символ российской власти. Большем символом российской власти может считаться только Путин.
Дмитрий Журавлев — директор Института региональных проблем, специально для ИА Реалист
