В Совете Федерации Российской Федерации на специальном заседании в закрытом режиме рассмотрен вопрос соответствия национальным интересам России соглашения между СССР и США о линии разграничения морских пространств от 31 мая 1990 года (далее по тексту — соглашение 1990 г.). Данное соглашение не ратифицировано Советским Союзом и Россией. В заседании участвовали ведущие комитеты – комитет по международным делам, комитет по обороне и безопасности, комитет по аграрно-продовольственной политике и природопользованию, а также представители МИД, ФСБ и Росрыболовства.
По итогам председательствующий Константин Косачев информировал о том, что «есть общее решение воздержаться от публичных комментариев по содержанию дискуссии, поскольку вопрос затрагивает отношения с США. Мы четко сформулировали нашу позицию, мы были в определении этой позиции едины». Однако, что эта за выработанная «единая позиция», так и ничего не сказано и по сей день.
Учитывая «скудность» такой информации и широкий интерес к этой проблеме, особенно рыбаков Дальнего Востока, которые ведут промысел рыбы в районах разграничения в Беринговом море, главный редактор ИА «Реалист» Саркис Цатурян попросил Вячеслава Зиланова прокомментировать итоги заседания в Совете Федерации. В прошлом Вячеслав Константинович занимал должность заместителя министра рыбного хозяйства СССР, курировал вопросы международного сотрудничества и принимал участие, как член советской делегации, на переговорах с США по разработке соглашения 1990 года. Более того, Зилановым опубликован ряд аналитических статьей по данному вопросу. Среди них такие, как «А после Аляски еще одна клякса» в Российской газете, «Линия предательства…» на ИА «Реалист» и ряд других. Вот какое мнение высказал Вячеслав Зиланов в беседе с нашим агентством:
«Прежде всего, подчеркну, что я не принимал участие в специальном заседании Совета Федерации и знаком с его итогами из средств массовой информации и отдельных высказываний ее участников.
Позволю напомнить читателям, что сначала СССР, а потом и Россия уже 30 лет исполняет на временной основе соглашение 1990 года, заключенное 31 мая того же года. Документ был подписан министром иностранных дел Эдуардом Шеварднадзе, член команды президента СССР Михаила Горбачева. От США соглашение подписал госсекретарь Джеймс Бейкер, сотрудник администрации президента США Джорджа Буша-старшего.
Такого рода соглашения по законодательству СССР и США подлежат обязательной ратификации. До ратификации стороны договорились применять его временно с 15 июня 1990 года. Такая договоренность была оформлена обменными письмами между Шеварднадзе и Бейкером. Ряд исследователей считает, что Шеварднадзе принял решение о временном применении соглашения 1990 года, нарушив соответствующие нормативные акты советского периода, и сделал это самостоятельно, либо по указанию Горбачева.
Между тем США еще 16 сентября 1991 года ратифицировали соглашение. Причем сенат США его одобрил подавляющим числом голосов: 86 за и только 6 против. Как писала в то время газета «Вашингтон пост» (от 17 сентября 1991 года): «В защиту договора Государственный департамент сказал, что 70% территории Берингова моря будет находиться под юрисдикцией США и даст стране на 13200 кв. морских миль больше пространства, чем, если бы линия была проведена на равном расстоянии между побережьями».
В этой связи бывший Президент России Борис Ельцин вынужден был на основе нового федерального закона «О международных договорах Российской Федерации» неоднократно вносить в 1997-1998 годах в Думу предложения о временном продлении действия Соглашения на очередной период до 6 месяцев с тем, чтобы попытаться урегулировать с США ряд вопросов. И, прежде всего, рыболовные проблемы, поскольку рыбаки Дальнего Востока России потеряли в результате соглашения 1990 года ряд высокопродуктивных районов рыболовства в Беринговом море.
Действительно, по этому вопросу такие переговоры с США уже ведутся в течение ряда лет и имеют некоторые, правда, очень призрачные надежды на урегулирование рыболовного конфликта. Однако рыболовные вопросы, как показали дебаты в Государственной думе и Совете Федерации, — только видимые части айсберга российских потерь. Скрытая же его часть — потеря Россией определенных площадей континентального шельфа, а также передача под юрисдикцию США определенного района 200-мильной российской исключительной экономической зоны (далее по тексту ИЭЗ) в Беринговом море.
Суммарно эти потери составляют около 78 тыс. кв. км по сравнению с тем, если бы разграничение в Беринговом море проходило по серединной линии. В результате ИЭЗ России в этом районе на одном из участков стала менее 200 миль, а ИЭЗ США — более 200 миль. Последнее противоречит Конвенции ООН по морскому праву, в соответствии с которой ширина ИЭЗ не должна превышать 200 миль. Существенно и то, что в русском тексте соглашения 1990 года разграничиваются «морские пространства», а в английском – устанавливаются границы. А это, как говорят в Одессе, «две большие разницы».
В создавшихся условиях, когда наши прошлые политики и хваленая дипломатия в чистую все возможное и невозможное уступила американцам, последние вряд ли сегодня пойдут на кардинальный пересмотр соглашения 1990 года. К тому же следует учесть, что подписывалось и ратифицировалось соглашение в период, когда президентом США был республиканец. В настоящее врем президент США Трамп тоже республиканец. И это не маловажный фактор, который свидетельствует о том, что США не пойдут на поиски каких-либо компромиссов с Россией по соглашению 1990 года.
Как нам быть в этой сложнейшей ситуации? Полагаю, что надо отстаивать наши национальные интересы даже в современных сложнейших условиях российских-американских отношений с учетом нашего законодательства. А оно таково, что данное соглашение 1990 года не может применяться вечно на временной основе.
Исходить при этом необходимо из следующего:
1. Берингово море омывает только побережья России и США;
2. Ресурсы Берингова моря как живые, так запасы углеводородов, являются достоянием России и США, как двух прибрежных государств – совладельцев этого моря;
3. Управление живыми и неживыми ресурсами Берингова моря и их сохранение, рациональное использование и контроль за такой деятельностью должны осуществляться Россией и США на основе скоординированных мер.
Только скоординированные усилия России и США способны вывести из тупика соглашение 1990 г. и сохранить морские ресурсы Берингова моря для настоящих и будущих поколений.
С учетом развивающихся в настоящее время негативных отношений между России и США не исключено, что администрация Трампа не пойдет даже на проведение каких-либо переговоры на эту тему. По крайне мере, до переизбрания президента Трампа на новый срок .
И все же, несмотря на все это, можно предположить развитие событий в отношении соглашения 1990 г. по одному из следующих сценариев:
- Соглашение продолжает действовать во временном режиме до тех пор, пока Россия его не ратифицирует. В этом случае будет постоянно действовать напряженность в Беринговом море, что будет оказывать негативное влияние на отношения между странами.
- Президент России вносит в Федеральное Собрание Соглашение 1990 г. на ратификацию. Федеральное Собрание отклоняет ратификацию соглашения, как не отвечающее российским национальным интересам. В этом случае Россия извещает об этом США и предлагает начинать новые переговоры по всему комплексу проблем разграничения в Беринговом море.
- Президент России вносит в Федеральное Собрание соглашение 1990 г. на ратификацию. Депутаты, сенаторы его ратифицируют при условии урегулирования с США всего четырех проблем:
— восстановления 200-мильной ИЭЗ России в полном объеме на том участке, где она была неправомерно уменьшена до 180 миль;
— в открытой части Берингова моря за пределами 200 мильных ИЭЗ России и США шельф делится в соотношении 50:50 между Россией и США;
— решения проблем рыболовства на взаимоприемлемой основе;
— приведение текстов соглашения 1990 года на русском и английском языках к единому пониманию.
Из трех вышеприведенных сценариев взаимным интересам России и США в наибольшей степени, по моему мнению, отвечает третий. Вместе с тем для его практической реализации требуется не только политическая воля сторон, но и тщательная подготовительная работа политиков и дипломатов.
Что же касается принятого решения в закрытом режиме на заседании в Совете Федерации, то о нем заместитель министра иностранных дел России Сергей Рябков по итогам дипломатично сообщил: «Вопрос был рассмотрен всеобъемлюще. Обсуждение носило исчерпывающий характер. Соглашение применяется, действует в режиме временного применения как раньше, так и сейчас». В переводе с дипломатического языка это, полагаю, сигнал нам недипломатам: применять и далее на временной основе без ратификации с нашей стороны, продолжая нарушать тем самым соответствующее законодательство России. Жаль, что такого рода заседание не выработало ничего путного».
Вячеслав Зиланов – член Научно-экспертного совета Морской Коллегии при Правительстве Российской Федерации, заслуженный работник рыбного хозяйства РФ, почетный гражданин Мурманской области, специально для ИА «Реалист»
