ДОНЕЦК (ИА Реалист). Я хочу затронуть два очень сложных вопроса, которые сейчас актуальны, как никогда прежде. Первый — по всеобщей мобилизации. Я остался при своем мнении, которое звучит так: против. И обосновано следующим образом… Как пишут, под Балаклеей наши мобилизованные парни не были должным образом экипированы и оснащены. Мой зять, который воюет на Херсонском направлении в качестве мобилизованного, недавно приезжал домой на побывку, и я снова одевал его и экипировал, а его сослуживцы уже выстроились в очередь за тем, что я давал ему первый раз, хоть оно и изрядно потрепано после пяти месяцев боев. Вчера в случае, который я описал выше, мы имели дело тоже с мобилизованными — это им не дали средств ночного наблюдения, да и вид у них так себе, если честно…. Еще нужно продолжать? Скажите, — это к нашим мобилизованным такое отношение, или ситуация в целом не очень хорошая? Полагаю, что второе.
Я вижу, как некоторым хочется, чтобы президент принял это решение, и в ход идут агенты влияния, которые пытаются формировать мнение, что без всеобщей мобилизации мы не победим, — будьте осторожны: когда некомпетентные командиры погонят необученные толпы необеспеченных людей исправлять ситуацию — ничем хорошим ни в военном, ни в социальном смысле это не закончится. Сейчас, на этом этапе, нужно повышать эффективность того, что есть, и активизировать добровольческое движение в России. Схема с вербовкой за деньги, это, конечно, выход, — но заработанные деньги нужно в перспективе потратить, а для этого нужно выжить, порой и ценой малодушия.
Теперь о повышении эффективности, — и это пункт два. Я публично коснулся этой темы только один раз, по-моему, но с первых же недель спецоперации в разных записках и рекомендациях на различных уровнях я повторял: штрафбаты и военно-полевые суды. Я гуманный даже больше, чем мне хотелось бы, — но мой опыт создания добровольческого формирования показал, что всегда находится паршивая овца, и мой изолятор никогда не пустовал. Приведу тяжёлый пример уже про сейчас: в начале боёв я застал группу бойцов за разговором, в котором один особо ретиво рассказывал, что «нас тут, как пушечное мясо…». Я поймал его за язык и потребовал, чтобы он объяснился… Уж про меня-то или моих офицеров точно нельзя сказать, что мы относимся к бойцам, как к пушечному мясу…
Я тогда приметил этого «народного трибуна» — он из набранного с началом операции состава, — а вчера этот ублюдок умудрился напиться, находясь на отдыхе после ротации, вышел с автоматом в населённый пункт, где размещается ППД, и начал стрелять по гражданским, ранив одного. Его, конечно, схватили, при задержании, как водится, применили адекватный подход, так, что заталкивали в воронок уже почти бесчувственное тело, — но это же не единичный случай! Ещё в Мариуполе такой же урод из той же категории стрелял в своего командира и вывел его из строя… А командиров, по которым плачет штрафбат за преступные действия, думаете, мало? И таких хватает. Одного тут было взяли, который во вверенном подразделении не бывал — как раз на Харьковском направлении — только пил и решал свои личные вопросы, — да отпустили…
Говорить это неприятно, но идет война, и подходы нужны военные — тогда мы победим. А для этого нужно пересмотреть систему отношений в государстве. А то, когда меня спрашивают, почему нет единого управленческого органа, — я отвечаю, что раньше было три «ключа», а теперь пять… Это в войну-то. Наши местные органы сейчас полностью деноминированы, и даже комитет обороны превратили в инструмент по узакониванию новых приобретений. А российских чиновников все устраивает: каждый отвечает за свое, чтобы не разделять ответственность, а в итоге у семи нянек дите без присмотра… Давайте, парни, что-то делать уже кардинально, но с головой, думая о последствиях.
Александр Ходаковский — командир батальона «Восток» Донецкой Народной Республики
