ВАШИНГТОН / ТЕЛЬ-АВИВ (ИА Реалист). За несколько месяцев до рокового удара израильские и американские спецслужбы, включая ЦРУ, вели скрытое наблюдение за аятоллой Али Хаменеи, выжидая идеальный момент. Они отслеживали его повседневные маршруты, места проживания, круг общения и возможные укрытия. Когда 28 февраля высшее руководство Ирана собралось в правительственном комплексе в Тегеране, ЦРУ и израильская разведка поняли: этот шанс упускать нельзя, рассказывают CNN пять источников, знакомых с деталями операции.
За несколько месяцев до рокового удара израильские и американские спецслужбы, включая ЦРУ, вели скрытое наблюдение за аятоллой Али Хаменеи, выжидая идеальный момент. Они отслеживали его повседневные маршруты, места проживания, круг общения и возможные укрытия в случае угрозы. Под колпаком находились и другие высшие политические и военные лидеры Ирана, которые редко собирались в одном месте с верховным лидером, правившим страной почти четыре десятилетия.
Возможность представилась в последние дни февраля. Высшие иранские чиновники, включая самого Хаменеи, планировали собраться утром 28 февраля на тегеранском правительственном комплексе, где расположены офисы аятоллы, президентская администрация и органы национальной безопасности.
Чрезмерно осторожный верховный лидер чувствовал себя менее уязвимым в светлое время суток, сообщил израильский источник, и ослабил бдительность. Это был шанс, который израильские и американские официальные лица сочли слишком хорошим, чтобы его упустить.
Планы ночной атаки были скорректированы под дневное время, рассказали три источника. В обращении к пилотам ВВС начальник Генштаба Израиля Эяль Замир обозначил ставки: «На рассвете 28 февраля начинается операция “Ревущий лев”. Вам разрешено поразить цели. Мы творим историю. Я верю в вас. Удачи нам всем».
Как это было
Около 6 утра по израильскому времени (примерно 8 утра в Тегеране) израильские боевые самолеты нанесли первый удар по правительственному комплексу в рамках скоординированной американо-израильской атаки. Они были оснащены высокоточными боеприпасами и ракетами большой дальности. Все три здания комплекса, где находились различные лидеры, были поражены одновременно. Спустя несколько часов президент Дональд Трамп объявил, что Хаменеи мертв.
«Он не смог избежать наших систем слежения, и, работая в тесном сотрудничестве с Израилем, ни он, ни другие лидеры, убитые вместе с ним, ничего не могли с этим поделать», — написал Трамп в соцсети.
Пока неясно, что именно побудило высшее руководство Ирана — включая командующего КСИР и министра обороны — собраться в одном месте в центре Тегерана в момент, когда США стянули в регион огромную военную мощь. Израильская разведка установила, что на совещании присутствовали ключевые фигуры режима: министр обороны Азиз Насирзаде, глава военного совета адмирал Али Шамхани, замминистра разведки Мохаммад Ширази, главком КСИР Мохаммад Пакпур и командующий аэрокосмическими силами КСИР Маджид Мусави.
Подготовка и прикрытие
Операция готовилась неделями. Еще в конце декабря 2025 года, во время визита Нетаньяху в Мар-а-Лаго, премьер Израиля проинформировал Трампа, что Иран активизирует ракетную программу и пытается восстановить ядерный потенциал после июньских ударов США. Трамп тогда пообещал поддержать военные усилия.
Вскоре в Иране вспыхнули массовые протесты, жестоко подавленные режимом. Трамп пообещал прийти на помощь протестующим, заявив, что США «готовы к действиям». После этого планирование совместной операции вышло на новый уровень.
В регион были направлены два авианосца, включая крупнейший в мире, сотни самолетов, корабли и подводные лодки. Эта демонстрация силы служила рычагом давления на фоне дипломатических переговоров. Высшие израильские военные и разведчики непрерывно летали в Вашингтон для координации.
Встреча Трампа и Нетаньяху 11 февраля в Вашингтоне была перенесена на неделю раньше — премьер срочно добивался подтверждения, что президент не откажется от военного сценария. Однако публично Трамп настаивал на продолжении переговоров с Ираном.
Дипломатическое прикрытие
Переговоры в Женеве 26 февраля стали финальным аккордом. Эмиссары Трампа Стив Уиткофф и Джаред Кушнер пытались выяснить, на какие уступки готов Тегеран. Многие американские чиновники сомневались, что Иран согласится на главное требование Трампа — полное сворачивание ядерной программы. Тегеран действительно пошел на некоторые уступки, но этого оказалось недостаточно.
Администрация предлагала иранским лидерам варианты развития «мирной ядерной программы», включая поставки ядерного топлива из США. Один из высокопоставленных чиновников заявил, что Иран отверг это предложение, ответив «играми, уловками и тактикой затягивания».
После финального раунда переговоров Уиткофф и Кушнер доложили Трампу: Иран не сдвинется с позиции по ядерной программе. Это укрепило президента во мнении, что военная операция неизбежна. Уже летя в Техас 27 февраля, Трамп консультировался с сенаторами-республиканцами. Разведка к тому моменту уже идентифицировала утреннее совещание в Тегеране, которое станет эпицентром удара.
«Он не говорил нам, что собирается делать, но поставил вопрос: должен ли Иран быть остановлен любыми необходимыми действиями, которые он может предпринять», — рассказал сенатор Джон Корнин.
Выступая в порту Корпус-Кристи 27 февраля, Трамп признал: перед ним трудный выбор. «Теперь нам предстоит принять большое решение», — сказал он, уже зная о целях, возможном ответе Ирана и бесчисленных неизвестных. «Нелегкое». На следующее утро, 28 февраля, операция «Ревущий лев» началась.
