ВАШИНГТОН (ИА Реалист). Нефтяной шок от войны с Ираном ударит по США иначе, чем предыдущие кризисы. Вместо разгона инфляции он грозит замедлением экономического роста и охлаждением рынка труда. Нынешняя ситуация кардинально отличается от 2022 года, когда рост цен на энергию спровоцировал инфляционную спираль, пишет обозреватель Bloomberg Джонатан Левин.
Поскольку США и Израиль бомбят Иран, скачок цен на нефть вызывает в памяти инфляционные энергетические шоки последнего полувека. Но это может быть неправильным способом думать о том, что происходит в экономике сегодня.
В то время как шоки 1970-х и 2022 годов подстегнули инфляцию в США, затяжной конфликт с Ираном ударит по американской экономике в первую очередь через замедление роста. Современные руководители центральных банков знают, что нужно смотреть сквозь волатильность цен на энергоносители, вызванную предложением, при корректировке процентных ставок, а растущая доходность облигаций позволяет предположить, что рынки могут неправильно оценивать функцию реакции Федеральной резервной системы. Фактически сегодняшние политики ФРС, вероятно, понимают эффекты войны, снижающие рост, на хрупкий рынок труда, и геополитические события вряд ли приведут к тому, что ставки будут выше дольше.
Инфляционный фон
Во-первых, рассмотрим инфляционный фон. Скачок цен на энергоносители происходит на фоне сдержанного инфляционного давления в остальной части индекса потребительских цен. Только около 15% корзины CPI по весу в настоящее время инфлируют темпами 4% или более. Тот же показатель составлял 62% в феврале 2022 года. Хотя цены на бензин по-прежнему являются одними из самых значимых в психологии домохозяйств, потребители вряд ли воспримут этот шок как часть общего роста уровня цен. И хотя высокие цены стали постоянной жалобой, инфляционные ожидания были относительно хорошо заякорены в последние кварталы, если судить по свопам и опросам потребителей.
Рынок труда
Аналогично, слабость рынка труда готова действовать как дезинфляционная сила. Уровень безработицы выше, чем во время последнего энергетического шока, количество открытых вакансий резко упало, а рост заработной платы остановился практически во всех отраслях, кроме здравоохранения. В то время как более высокие цены на бензин заставляли работников требовать более высокой заработной платы в 2022 году, сегодня у них нет такой переговорной силы. Среднечасовая заработная плата производственных и неуправленческих сотрудников выросла на скромные 3,8% в январе. В феврале 2022 года, когда началась война России и Украины, они росли на 6,8%.
Риски для роста
История более тревожна для роста и работников. Предприятия, у которых нет ценообразующей силы, которой они пользовались в прошлые годы, могут отреагировать на более высокие цены на энергоносители сокращением рабочих мест. Хуже того, распространение искусственного интеллекта может дать им предлог для этого, что вызывает растущую озабоченность после того, как Block Inc. уволила почти половину своего персонала на этой неделе, предположительно из-за технологического прогресса.
Финансы домохозяйств также более шатки, чем в недавнем прошлом. Эффективная ставка по непогашенной ипотечной задолженности составляет 4,24%, что является самым высоким показателем с начала 2012 года, а коэффициенты обслуживания долга находятся на самом высоком уровне с начала 2020 года. Просрочки по студенческим кредитам, кредитным картам и автокредитам также выросли. В такой среде нынешний председатель ФРС Джером Пауэлл должен знать, что ФРС не должна позволять шоку предложения втянуть себя в чрезмерно жесткую политику.
Зависит от пролива
Исход, конечно, зависит от того, в какой степени Третья война в Заливе повлияет на поток судов через Ормузский пролив. Миру необходимо вновь открыть пролив. Хотя большая часть разговоров сосредоточена на экспортных поставках, миру также необходимо срочно завозить суда в Персидский залив, чтобы в регионе не закончились хранилища и не пришлось прибегать к замедлению добычи. Например, Ирак уже сократил добычу на месторождении Румейла, и, по сообщениям, страна готова остановить около 3 миллионов баррелей в сутки добычи, если конфликт продолжится.
Но даже при более пессимистичном сценарии, когда нефть подскочит выше 100 долларов за баррель, инвесторам кажется несколько странным делать ставку на то, что ставки будут выше дольше. Торговля фьючерсами на Fed Funds предполагает снижение вероятности того, что центральный банк снизит ставки дважды в 2026 году. Вполне возможно, что политики могут предпочесть сохранять статус-кво, пока они следят за тем, чтобы инфляционные ожидания не потеряли якорь. Однако это была бы временная позиция. Труднее понять, почему инвесторы сократили ставки на снижение ставок на конец 2026 и начало 2027 года, после того как скажется негативное влияние на рост.
В целом такая интерпретация слишком сильно уподобляет шок 2026 года более инфляционным шокам прошлого. А под поверхностью ясно, что это совсем другая экономика.
Джонатан Левин — обозреватель Bloomberg, специализирующийся на рынках США и экономике
