МОСКВА (ИА Реалист). ООН утратила роль действенного механизма обеспечения глобальной безопасности, а её дальнейшее расширение лишь размоет право вето, превратив Совет Безопасности в бессмысленную структуру. Такое мнение в интервью ИА Реалист высказал доцент Финансового университета при Правительстве РФ, кандидат политических наук, государственный советник Российской Федерации третьего класса Дмитрий Журавлев.
По его словам, принцип неделимости безопасности остаётся для России критически важным. Однако институциональная безопасность в современном мире недостижима, поскольку ООН утратила реальные рычаги влияния, а международные институты не имеют опоры в виде согласованной позиции великих держав, считает политолог.
Отвечая на вопрос о значении принципа неделимости безопасности, Журавлев подчеркнул, что наличие «серых зон» в институциональном плане имеет большое значение для России. Однако добиться институциональной безопасности сейчас, скорее всего, не удастся.
«Институциональная безопасность предполагает, например, всемогущество ООН, которого в помине нет. Это верно и даже прекрасно, но международные соглашения и институты должны иметь опору, они должны быть могущественны, — пояснил эксперт. — Когда за спиной у ООН стояли СССР и США, тогда с институциональной безопасностью всё было нормально. Заметьте, ни одной крупной войны не было. Сейчас, когда ООН практически повисла в воздухе, потому что для взаимоотношений США и России она бессмысленна (ни для каких других целей ООН не создавалась), то с институциональной безопасностью явно проблемы».
Комментируя инициативу по расширению Совета Безопасности ООН и включению в него новых постоянных членов, например Индии, Журавлев заявил, что это приведёт к созданию «другой ООН». Он указал на две ключевые проблемы.
«Первая — как Индия с Китаем в одном Совбезе поместятся? И вторая проблема — не начнётся ли звездопад после этого? Потом Пакистан включим, Южную Африку, и пойдёт… Сама суть Совбеза перестанет существовать», — сказал политолог.
По его словам, поддержка Западом расширения Совбеза продиктована не симпатией к Индии, а стремлением ослабить механизм принятия решений. «Им просто надо размыть саму идею права вето. Если правом вето будет обладать половина стран в мире, то никакого вето по факту не будет», — заключил Журавлев.
Дискуссия о реформе Совета Безопасности ООН, которую затронул Журавлев, продолжается уже много лет. В 2026 году переговорный процесс в рамках 80-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН активизировался, однако сохраняются серьёзные разногласия по ключевым вопросам.
Позиция Группы четырёх (G4)
В феврале 2026 года G4 — Бразилия, Германия, Индия и Япония — призвала к расширению Совбеза как в категории постоянных, так и непостоянных членов. G4 настаивает на конкретных результатах в текущую сессию и предлагает увеличить число членов Совбеза с 15 до 25–26, добавив шесть новых постоянных мест: два для Африки, два для Азиатско-Тихоокеанского региона, по одному для Латинской Америки и Западной Европы. На встрече министров иностранных дел G4 в Мюнхене 14 февраля 2026 года стороны подтвердили намерение добиваться прогресса.
Позиция Африканской группы
Африканская группа, выступающая с единой позицией (Эзулвинский консенсус и Сиртская декларация), требует не менее двух постоянных мест с полными правами, включая право вето, и пяти непостоянных мест для Африки. В феврале 2026 года эта позиция была подтверждена на 39-й очередной сессии Ассамблеи Африканского союза. Представитель африканской группы на межправительственных переговорах 20 февраля подчеркнул, что Африка остаётся единственным регионом без постоянного представительства, назвав это «исторической несправедливостью».
Позиция Группы Uniting for Consensus (UfC)
Группа UfC, возглавляемая Италией (в неё входит и Пакистан), выступает против расширения постоянного членства и предлагает создать третью категорию — «фиксированные региональные места» с длительными, но возобновляемыми сроками. Индия отвергла это предложение, назвав его «приманкой», направленной на затягивание реформ. Представитель Японии от имени G4 добавил, что такие места не смогут устранить структурный дисбаланс.
Позиция России
Москва выступает за «выверенные преобразования», которые повысят авторитет и эффективность Совбеза, придадут ему более демократический характер и расширят представительство стран Глобального Юга и Востока. Россия считает, что переговоры должны идти без искусственных сроков для достижения широкого консенсуса. Ранее, 14 января, Лавров заявил о поддержке требования Африки об увеличении её присутствия в Совбезе.
Позиция Генерального секретаря ООН
19 марта генеральный секретарь Антониу Гутерриш заявил, что состав Совбеза «не соответствует современному миру, он соответствует миру 1945 года, и это создаёт не только проблему легитимности, но и проблему эффективности». Он поддержал инициативу Франции и Великобритании по ограничению права вето, особенно в ситуациях массовых нарушений прав человека.
Позиции других стран
Президент Бразилии Луис Инасиу Лула да Силва в феврале 2026 года на совместной пресс-конференции с премьер-министром Индии Нарендрой Моди подчеркнул, что расширение Совбеза в обеих категориях «необходимо для легитимности и эффективности глобального управления». Вьетнам, в свою очередь, призвал к ограничению и eventual elimination права вето, заявив, что реформа должна сделать Совбез «более представительным, демократичным, эффективным и прозрачным».
Полный текст интервью с Дмитрием Журавлевым читайте по ссылке здесь.
