СОЧИ (ИА Реалист). Несмотря на всю конфиденциальность переговоров, состоявшихся между Реджепом Эрдоганом и Владимиром Путиным 29 сентября в Сочи, кое-что все же просочилось в СМИ, об остальном можно лишь догадываться.
Если отбросить взаимные дежурные комплементы протокольного характера типа важности для обеих стран газопровода «Турецкий поток», строящейся АЭС «Аккую», благодарности Эрдогана за помощь России в борьбе с лесными пожарами и поставках ЗРК «С-400», упоминание о взаимодействии РФ с Турцией в Сирии, Ливии, Нагорном Карабахе, то можно сделать следующие выводы.
Насколько успешным для России является сотрудничество с Турцией сказать пока затруднительно, как говорят в таких случаях, — время покажет. Вполне очевидно, что Анкара имеет от этого прямую экономическую и политическую выгоду, укрепляет свои позиции в ряде интересующих ее стран и регионов.
В Сирии, под предлогом борьбы с терроризмом, турки оккупировали значительные территории на севере и северо-западе, провели там несколько карательных операций против сирийских курдов и создают альтернативные Башару Асаду органы местной власти и армию. В Ливии — поддержали протурецкое правительство Фаиза Сараджа и, по сути, помогли разгромить пророссийски настроенную вооруженную оппозицию маршала Халифы Хафтара. На Южном Кавказе стали не только проводником экспансии НАТО на Восток и основным союзником Азербайджана в очередном вооруженном конфликте с Арменией, но и смогли добиться своего участия в мониторинге за соблюдением режима прекращения огня в Нагорном Карабахе. В целом, Эрдоган довольно успешно реализует исламистские и пантюркистские взгляды и идеи правящей Партии справедливости и развития (ПСР) на всем пространстве бывшей Османской империи, в том числе на Балканах и в постсоветских государствах (Грузия, Азербайджан, Центральная Азия). Развивается политическое, военное и военно-техническое сотрудничество Анкары и с Киевом.
Многие эксперты связывают визит Эрдогана в Россию с обострением ситуации в сирийской провинции Идлиб. Действительно, после состоявшегося накануне визита Башара Асада в Москву на линии разведения сторон в Сирии активизировались перестрелки с применением артиллерии и беспилотников, сирийские ВВС (возможно и российские ВКС) наносили ракетно-бомбовые удары по объектам и базам антиправительственных сил. Анкара не исключила подготовку очередного наступления армии Асада и его иранских союзников на этом направлении и в срочном порядке перебросила к турецко-сирийской границе дополнительный контингент своих механизированных войск.
Основания для беспокойства у Эрдогана действительно были. Не исключено, что после вывода войск США и НАТО из Афганистана у Асада и его партнеров (Иран, РФ) появилась надежда, что вскоре американские войска уйдут и с северо-востока Сирии, оставив на произвол судьбы курдскую автономию «Рожава» и неподконтрольные Дамаску арабские племена Заевфратья. В таком случае, проасадовские силы рассчитывали силой восстановить свой контроль над месторождениями нефти и газа в этом районе и разоружить курдских ополченцев. Эрдоган тоже хотел бы войти своими войсками или их сателлитами из числа вооруженной сирийской оппозиции на Восточный берег реки Евфрат и разоружить курдов.
Не случайно МИД САР на Генассамблеи ООН вновь потребовал вывода всех иностранных войск из Сирии, которые находятся в ней без соответствующего разрешения властей (ВС США и Турции). Такую точку зрения поддерживают в Москве и Тегеране. Иранские аятоллы оказывают давление на Асада и инициируют продолжение наступления на силы оппозиции и радикальные исламистские группировки в Идлибе.
Судя по всему, Эрдогану и на этот раз удалось убедить Путина в том, что эскалация вооруженного конфликта в Идлибе и вокруг него не отвечает интересам России. По мнению Анкары, масштабные боевые действия, новые потоки беженцев могут лишь дестабилизировать ситуацию в регионе. Скорее всего, сирийский конфликт будет вновь заморожен и сохранится сложившийся «статус-кво»: три враждебных анклава (проиранский-асадовский, протурецкий-оппозиции и проамериканский-курдско-арабский). Косвенным подтверждением такого исхода встречи в Сочи служит начавшийся отвод турецких войск с турецко-сирийской границы.
Российское руководство вынуждено лавировать, чтобы сохранять баланс интересов в Сирии своих региональных партнеров в лице Асада, Эрдогана и иранских аятолл. Сирийский народ по-прежнему лишен возможности самому выбирать свою власть и остается заложником военно-политических игр иностранных государств. Прошедшие недавно очередные президентские выборы в САР иначе как фарсом не назовешь. Значительная часть сирийцев оказалась в лагерях беженцев за рубежом и перемещенных лиц внутри страны (около 10 млн), другие — проживают на неподконтрольных Дамаску территориях (7-8 млн), погибло свыше 500 тысяч, стали инвалидами и умерли от болезней около 2 млн. Откуда возникло число избирателей в 13 млн человек, если все довоенное население Сирии насчитывало 21,5 млн человек, включая несовершеннолетних?
Ожидать, что Турция или Иран будут способствовать мирному решению сирийского конфликта, не приходится. Эти региональные хищники рвут Сирию на куски, а Тегеран еще и пытается использовать ее территорию как плацдарм для прокси-войны с Израилем. Также мало надежд на то, что администрация Джозефа Байдена пойдет на вывод американских войск из Заевфратья.
В отличие от Афганистана, где по мнению Белого дома уже нет угрозы национальным интересам США, более того, талибы довольно тесно сотрудничают с региональным союзником Вашингтона в лице Пакистана, уход ВС США из Сирии может усилить позиции Ирана не только в этой стране, но и в регионе. Так называемая «шиитская дуга» или «шиитский полумесяц» нависнет над всем Ближним Востоком. Региональные союзники США (Израиль, Иордания и монархии Персидского залива) не скрывают своей заинтересованности в сохранении американского военного присутствия на северо-востоке САР.
Станислав Иванов — ведущий научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО РАН, кандидат исторических наук, специально для ИА Реалист
