О левом повороте еще в 2005 году писал Михаил Ходорковский, но, увы, его предсказание так и не сбылось. Сейчас, очевидно, в связи с падением уровня жизни, в обществе вновь зреет острый запрос на «справедливость». Именно с этой категорией у нас принято отождествлять левые идеи, никуда не денешься, в конце концов, именно так и родилась партия «Справедливая Россия». Но вот будет ли это действие именно поворотным, т.е. изменится ли сама парадигма взаимоотношения власти и населения или в очередной раз все закончится перестановкой кроватей в нашем «доме терпимости» и поворот обернется разворотом?
Скорее всего, новой большевистской революции ждать не следует. Похоже, что акцептором растущего антирейтинга нынешней власти все-таки станет КПРФ, ставку на которую вполне могут сделать консервативные элитные группы. Прежде всего, т.н. «силовики», которые и без того являются приверженцами «советской модели» управления государством. К этой группе готовы примкнуть те «богатые семьи», чей бизнес и капиталы напрямую не связаны с западным истеблишментом. Таким образом, коммунисты вполне могут рассчитывать на серьезное увеличение своего представительства в губернаторском корпусе (что уже происходит), в законодательных собраниях регионов и даже в будущей Госдуме. Однако изменение расклада политических сил (все того же «пасьянса») вряд ли серьезно изменит ситуацию в стране.
Речь, конечно же, не идет об избрании президента-коммуниста. А вот «либеральное правительство» вполне можно поменять на правительство условного Глазьева, тем самым уйдя от свободного рынка к его адаптированной для РФ модели «рыночного госплана».
В принципе подобные модели достаточно успешно работают на региональном уровне, например, в Иркутской области у губернатора Сергея Левченко. Конечно, выход на передний план КПРФ потребует определённого переформатирования и самой партии. Уход прежних лидеров из активной политики продиктован самим духом времени и чересчур долгим альянсом с нынешней «партией власти». После всех этих «договорных» матчей между КПРФ, ЛДПР,»Справедливой Россией» и «Единой Россией», доверять нынешнему руководству тяжело. Хотя есть тот же Валерий Рашкин, который вполне способен консолидировать вокруг себя и новых, и старых партийных лидеров. Но речь опять идет о механике.
Главное, что в целом российская экономика так и останется в русле государственного монополизма. Как и политическая система, которая в этом случае станет еще более антизападнической и антилиберальной. Конечно, она может оказаться поляризована между «правым блоком» (условно патриотическим в диапазоне ЛДПР – ЕР – «Родина») и «левым блоком» де-факто состоящим из одной КПРФ.
Таким образом, возможный сценарий с «левым разворотом» действительно реализуется в духе реинкарнации части институтов (в основном экономических) позднего СССР. В таком сценарии главная опасность – попытка возвращения к тотальному общественному контролю, что может быть продиктовано не столько желанием самих коммунистов, сколько интересами их возможных союзников из числа «силовиков». В этом случае возрождение МГБ, переход к модели «осажденной крепости» и прочим радостям жизни представляется вполне реальной перспективой.
Илья Гращенков – генеральный директор Центра развития региональной политики
