Храм раздора: власть испугалась протеста в центре Екатеринбурга

Губернатор Свердловской области Евгений Куйвашев призвал противников и сторонников строительства храма святой Екатерины отказаться от уличных конфликтов и начать диалог. 13 мая в Екатеринбурге прошла стихийная акция протеста в защиту скверу у Театра драмы. Она началась в 19:00 и продолжалась практически до утра. По разным подсчетам в протесте приняли участие от нескольких сотен до двух тысяч человек. Участники акции снесли забор и на несколько часов захватили сквер. После это спортсмены и мужчины, представляющие застройщика, жестко оттеснили горожан из периметра. Сотрудники полиции и Росгвардии все это время бездействовали.

В сквере у Театра драмы собираются построить храм святой Екатерины, возведение которого согласовано градостроительным советом и должно быть завершено к 2023 году, когда город будет отмечать 300-летие.

Ситуацию вокруг строительства храм в Екатеринбурге корреспонденту ИА «Реалист» прокомментировал политтехнолог Андрей Перла:

«Много раз сказано: ситуация в стране провоцирует самые разнообразные протестные акции самых разных людей по любому, в том числе совершенно ничтожному поводу. Люди раздражены тем, как они живут, не понимают, почему, несмотря на утверждения властей, живут сегодня не лучше, а хуже, чем вчера, винят в этом власти, начальство, чиновников, «элиты». 

Несмотря на то, что церковь в России отделена от государства и у нас, в отличие от многих стран Европы, никому не приходит в голову взимать налог на традиционную церковь, Русская Православная Церковь воспринимается людьми как часть государственного аппарата и, в глазах граждан, является частью того самого начальства, недовольство которым сегодня зашкаливает. Тот факт, что у церкви много настоящих прихожан (вероятно, больше, чем убежденных противников) в этом смысле не важен: у «Единой России» сегодня рейтинг все еще в треть взрослого населения страны, это ничуть не мешает протестам против «партии власти».

Вопрос о том, следует или не следует строить храм в этом месте в это время никакого самостоятельного значения сегодня не имеет. И не имеет правильного или неправильного ответа. Имеет значение другое: государство приняло решение – но совершенно не способно отстоять это решение, принятое легитимными органами власти. 

Самое плохое в происходящем – не то, что в миллионном городе находится несколько десятков или сотен людей для акции протеста. И не то, что предсказать эту акцию протеста не смогли, хотя должны и обязаны были. А то, что власть этого протеста испугалась и предоставила бороться в центре города двум группам совершенно неофициальных граждан. За строительство – какие-то «спортсмены». Такие же нарушители порядка, как и с другой стороны забора. У государства огромный, оснащенный, могучий репрессивный аппарат. полиция, Росгвардия, ФСБ… Где все это? Нету. Некому отдать приказ пресечь несанкционированную акцию протеста. Это очень страшно. Это означает, что государство, несмотря на все автозаки – беззащитно. Можно снести в сквере забор и запретить стройку. Можно снести резиденцию губернатора? А Кремль можно?».

Андрей Перла – политтехнолог, специально для ИА «Реалист»