О ситуации с протестами в Москве можно рассуждать исключительно в циничном режиме, как и о любой политической борьбе.
Есть власть и есть оппозиция, которая хочет с этой властью поменяться местами (было бы глупо идти в политику и не хотеть победить оппонентов). В этой борьбе каждая сторона использует все возможные средства, чтобы утопить оппонента.
Тезис о том, что оппозицию не пустили на выборы, потому что власть боится ее усиления мне совершенно не заходит. Я не понимаю где там в Мосгордуме можно усилиться. Помню какая была волна восхищения «политическим убером Каца», с помощью которого в муниципальные депутаты прошли сколько-то там оппозиционных кандидатов. Я ничего не слышал о громких политических или хозяйственных достижениях, сделанных за время депутатства Яшиным или Азаром. Думаю, что в случае выигрыша Гудкова или Соболь, все окончилось бы тем же. Чиновная бюрократия в России – вещь страшнее чумы. Любого человека превращает в мебель.
После того, как на выборы не зарегистрировали ни одного кандидата Навального, тот стал действовать исключительно верно – давить на власть, выводя людей на улицу.
Кстати, я уверен, что если бы оппозиционных кандидатов зарегистрировали, Москва получила бы все то же самое, но в сентябре, когда большинство из них, или все – проиграли бы выборы. Были бы лозунги «у нас украли голоса» вместо «допускай».
Правильно ли отвечает Собянин? Что можно было сделать после первого выступления оппозиции, когда чуть двери в мэрию не выломали? Я не вижу у него особо много вариантов.
Можно было не реагировать и с каждым несанкционированным митингом количество людей на улице росло бы. В результате, недели через две мэрию просто взяли бы в кольцо.
Можно было бы выйти и поговорить с лидерами оппозиции (я вас уверяю, Собянин хороший переговорщик). В результате переговоров получился бы десяток видео где мэра освистывают, орут на него, не дают сказать и слова, может ещё яйцом бы кинули или водой облили – сделали бы все, чтобы получить наиболее унизительную для мэра картинку. После этого – только в отставку.
Собянин рискнул и принял удар на себя. Пошел на силовой вариант. Получил такой же негатив, что и в первых двух вариантах, но в итоге выиграл улицу. Протест пошел на спад. Количество людей на митингах сократилось с двадцати до полутора тысяч.
Нравится ли мне, когда людей избивает полиция на улицах города Москвы? Это никому не может нравится. Мне искренне жаль тех, кто вышел на митинг и получил дубинкой или провел ночь в «обезьяннике». Что я думаю о митингах? То же что и раньше – я не стал бы подставлять собственную голову, ради того, чтобы в чиновничьем кресле одна задница, сменила другую. Особенно когда речь идет о задницах в Мосгордуме.
У меня в голове свеж еще 1991. Когда на улицу вышли ради гораздо большего – будущего страны. Чтобы был президент, был парламент и рыночная экономика. Три человека тогда погибли. А через два года демократически выбранный президент расстрелял из танков демократически выбранный парламент.
Имена троих погибших мало кто вспомнит без гугла. Только их несчастные родители.
Сергей Минаев – главный редактор русского издания журнала Esquire, член Общественной палаты города Москвы
