Считаю произошедшее с Олимпиадой хорошим поводом для того, чтобы радикально пересмотреть бюджетирование и организацию спорта в России, перераспределив деньги от «спорта больших достижений» к массовой физкультуре. Зло – в превращении «большого спорта» в разновидность циркового шоу, где зачастую физически искалеченные (с допингом или без – даже неважно) люди демонстрируют нечто принципиально за гранью обычных человеческих возможностей, и спор о допинге – не более чем последствие этой изначально порочной установки. А миллионы обывателей сидят у телевизоров, пьют пиво и ведут не только неспортивный, но и нездоровый образ жизни.
Такая постановка вопроса еще вчера казалась нереальной. Но мировые спортивные чиновники дали нам шанс – тут как с антироссийскими санкциями, которые в реальности скорее помогли нам восстановить ряд отраслей.
Александр Жуков и Виталий Мутко. Иллюстрация: gazeta.ru
И, да, для этого надо полностью поменять все нынешнее спортивное начальство, отчитывающееся золотыми медалями олимпиад и мегастадионами. Пусть их сменщики теперь отчитываются количеством людей, участвующих в спортивных мероприятиях муниципального масштаба, уровня двора и микрорайона. А спорт как шоу – оставить МОКу и иже с ними.
Вот это будет патриотично – по сути, не по форме.
Ещё один момент про спорт.
Считается, что инстинкт борьбы за медали «любой ценой» на международных спортивных соревнованиях мы унаследовали от СССР. И это важная часть постсоветской реваншистской ментальности, основанной на «мы все еще ого-го» и «мы еще всем вам покажем». Однако многие руководители и интеллектуалы в самом СССР прекрасно понимали, что «профессиональный спорт» это нечто в корне антисоветское и антисоциалистическое. У Ефремова в «Часе быка» про это неплохо сказано. Не случайно даже в 1980-е, уже на излете, у наших топовых спортсменов для проформы сохранялся или мундир, или рабочее место в каком-нибудь советском учреждении – мы до последнего делали вид, что профессиональный спорт – это только на Западе, а у нас, в обществе будущего, просто ну вот очень крутые «любители».
Но тем не менее, начиная с хрущевских времён, мы все же втянулись в эту игру по чужим правилам. И по мере того, как советский гимн все чаще звучал при награждениях на международных чемпионатах, наша советская система массовой физкультуры, создававшаяся еще в 1920-е (в том числе и будущими антисоветчиками – например, братьями Солоневичами), постепенно приходила в упадок, и в этом измерении мы все больше становились «капстраной», где спорт – удел высокооплачиваемых «звёзд», а удел обывателя – диван, пиво и телетрансляция очередного финала.
И это закономерно. Современный спорт – порождение британского викторианского социума, нечто принципиально «аристократическое» и «антинародное». Спортивная аристократия — одна из множества «новых аристократий» позднего СССР, по своей классовой природе тяготеющая к «первому миру» и тамошним заработкам для суперзвезд. Трагедии советских чемпионов брежневской эры — об этом хорошо в фильме «Москва слезам не верит» – на стадионе «мы» с «ними» на равных, а потом они садятся в свои лимузины и едут в свои пентхаусы, а «мы» садимся на трамвай и едем в свою комнату в коммуналке. Проклятая система и все такое. «Ну Пеле как Пеле, объясняю Зине я, ест Пеле крем-брюле, а я сижу на нуле…» etc. Перестройка, казалось, дала им то, о чем они мечтали: сверхгонорары, пентхаусы и статусы. Но как дали – так и назад возьмут, за плохое поведение.
Ну вот сейчас – момент истины: нашим горе-аристократам объяснили, что гербы и титулы у них – липовые, и сами они теперь тоже никто. Контрреволюция победила.
Алексей Чадаев – советник председателя Государственной Думы, директор Института развития парламентаризма
