Главный редактор ИА «Реалист» Саркис Цатурян объяснил, почему президент России Владимир Путин на Большой пресс-конференции от 19 декабря 2019 года вновь обрушился с критикой на основателя Советского государства Владимира Ленина и КПСС.
«Владимир Путин в очередной раз выразил свое презрение к Владимиру Ленину и КПСС — довольно грубо и прямо. Почему так? Есть одно объяснение: когда левое движение сознательно идёт на соглашательство с крупным капиталом и становится фракцией в парламенте, оно перестает быть революционным и прогрессивным, оно начинает служить капиталу и негласно оправдывает его логику безудержного накопления денег в руках олигархии», — отметил главред ИА «Реалист».
Цатурян считает такой результат закономерным.
«Однако запрос в обществе на Новую левую идеологию (не путать с коммунизмом XIX-XX веков) растет с каждым днем. Кто сумеет ее сформулировать и реализовать, тот и будет править Россией до 2070-х годов. Хотя дело касается не только России. Новая левая идеология нужна всему миру… И чем раньше она возникнет, тем меньше будет пролито невинной крови», — уверен журналист.
По словам Цатуряна, наследница КПСС — КПРФ «не может быть проводником большевистской идеологии до тех пор, пока ее руководители живут на Рублевском шоссе» и «получают высокие государственные награды в Кремле, одновременно критикуя пенсионную реформу и другие социально-экономические инициативы российской власти».
«Большевистская идеология — сумма страданий и ссылок, она родилась в подпольных марксистских кружках, где собирались молодые люди с хорошим классическим образованием, жаждущие социальной справедливости. Они презирали бонвиванов из числа дворян, не хотели жить как состоятельные буржуа, а насаждали свою власть через просвещение рабочего класса и крестьянства. Они жили как крестьяне и рабочие, говорили с ними на одном языке», — напомнил главный редактор ИА «Реалист».
КПРФ до сих пор не подвергла критике оценку Путина в адрес вождя мирового пролетариата.
Вот что сказал президент России, отвечая на вопрос обозревателя «Коммерсанта» Андрея Колесникова: «Что касается фигуры Ленина в нашей истории, и какие, собственно говоря, у меня оценки в этой связи складываются. Он был скорее не государственный деятель, а революционер, на мой взгляд.
И когда я говорил о тысячелетней истории нашего государства – оно было строго централизованным, унитарным государством, как известно. Что предложил Владимир Ильич Ленин? Он предложил фактически даже не федерацию, а конфедерацию. По его решению этносы были привязаны к конкретным территориям и получили право выхода из состава Советского Союза.
Вот смотрите, строго централизованное государство – в конфедерацию фактически, с правом выхода и с привязкой этносов к территории. Но даже территории нарезаны были так, что они не всегда соответствовали и до сих пор соответствуют традиционным местам проживания тех или других народов. Поэтому сразу возникли болевые точки, они и сейчас ещё между бывшими республиками Советского Союза имеют место быть, и даже внутри Российской Федерации. Две тысячи таких точек, стоит только отпустить на секунду – мало не покажется. Это первое.
Кстати, Сталин был против такой организации, он даже статью написал об автономизации. Но в конечном итоге принял ленинскую формулу. И что получилось? Вот сейчас мы с коллегой с Украины говорили по поводу наших отношений. Но в ходе создания Советского Союза исконно русские территории, которые к Украине вообще никогда не имели никакого отношения (всё Причерноморье, западные земли российские) были переданы Украине со странной формулировкой «для повышения процентного соотношения пролетариата на Украине», потому что Украина была сельская территория и считалось, что это мелкобуржуазные представители крестьянства, их раскулачивали подряд по всей стране. Это несколько странноватое решение. Но тем не менее оно состоялось. Это все наследие государственного строительства Владимира Ильича Ленина, и теперь мы с этим разбираемся.
Но ведь что они сделали? Они связали будущее страны со своей собственной партией, и потом в Конституции кочевало это из Основного закона в другой. Это основная политическая сила. Как только партия затрещала, начала рассыпаться – за ней начала рассыпаться и страна. Вот что я имел в виду. Я придерживаюсь этой точки зрения и сейчас.
Причем, вы знаете, я длительное время проработал в разведке, которая была составной частью очень политизированной организации – КГБ СССР, и у меня были свои представления о наших вождях и так далее. Но сегодня, с позиции моего сегодняшнего опыта, я понимаю, что кроме идеологической составляющей есть ещё и геополитические. Они совершенно не учитывались при создании Советского Союза. Всё это было очень политизировано в своё время. Партия начала разваливаться, повторяю, и всё, и страна за ней посыпалась. Этого нельзя было допустить. Это ошибка. Абсолютная, кардинальная, фундаментальная ошибка при государственном строительстве».
