За последние несколько десятилетий и, особенно, после терактов 11 сентября 2001 года, когда прежние ограничения на администрирование общественной жизни исчезли, силовые структуры США расширились не столько за счет создания новых программ и агентств, как за счет включения в свой ареал многочисленных негосударственных организаций.
Научные центры США являются, не более чем, продолжением правительственных агентств, финансирующих исследования, в первую очередь, для отчетов о необходимости своего же дальнейшего финансирования. Аналогично многие «частные» корпорации перестали быть обычными подрядчиками по государственным контрактам. По всей видимости, их бизнес процессы изначально были спроектированы извне таким образом, чтобы их можно было легко переориентировать на нужды армии или спецслужб.
Процедуры предельно не прозрачны. Например, не используется система конкурсных контрактов под конкретные государственные заявки. Скорее, кажется, что инициатива исходит от самих корпораций, которые уверены, что их усилия будут должным образом оценены и использованы учреждениями национальной безопасности США, ищущими технологические новации. Учитывая бурный рост оборонного бюджета США, они, в самом деле, могут действовать с высокой степенью ожидания щедрого вознаграждения со стороны государственных разведывательных и оборонных учреждений, даже если сами проекты полностью не жизнеспособны в коммерческом плане.
Существует множество примеров того, как исключительно гражданские разработки стали использоваться в интересах национальной безопасности. Например, Facebook предоставил свои базы данных различным государственным агентствам для тестирования технологий распознавания лиц. Google и Amazon интегрирует и открывает свои облачные хранилища для Пентагона и разведывательных структур. Противодействие китайской компании Huawei и сотовой связи 5G, по-видимому, мотивируется тем, что эти системы не имеют легких бэкдоров, зашитых в интересах национальной безопасности США.
Показательной историей является бизнес-империя Илона Маска, которая получает огромную выгоду от его близости к государственным структурам. Маск, иммигрант из Южно-Африканской Республики, заработал свое первоначальное состояние, поучаствовав в создании системы международных платежей PayPal. Маск продал свою долю в PayPal в 2002 году. С тех пор платежная система стала проводить последовательную политику учета интересов США. Например, блокируя платежи организациям, которые критиковали политику американского истеблишмента. Это, однако, отражает скорее вынужденное подчинение американских технологических компаний требованиям правительства, чем первоначальные намерения Маска.
Время ухода Маска из PayPal и вступления в космический бизнес заслуживает особенного внимания. Уже в конце 1990-х годов в Соединенных Штатах звучали громкие призывы к милитаризации космоса и созданию противоракетной обороны, якобы против так называемых «государств-изгоев» Северной Кореи и Ирана. Эти инициативы получили новый импульс в 2001 году после избрания администрации Буша-Чейни, которая незамедлительно начала процедуру выхода из Договора по ПРО, в качестве первого шага к будущему военному доминированию в космическом пространстве.
SpaceX была создана в 2002 году, в том же году, когда США вышли из Договора по ПРО, то есть очень вовремя, чтобы быть простым совпадением. Публично заявленные цели компании в основном коммерческие. Вместе с тем, легко представить, зачем такая условно коммерческая фирма, сосредоточенная на разработке недорогих, возможно многоразовых, космических ракет-носителей, понадобилась Пентагону. Создание правительственной программы с аналогичной целью привлекло бы ненужное внимание. Стали бы неизбежны битвы за бюджетное финансирование, свидетельские показания в Конгрессе, различные формы надзора, внутреннее и международное противодействие.
На этом фоне предпочтителен другой путь. SpaceX посредством различных механизмов получает неограниченную технологическую, информационную и финансовую помощь, которая позволяет ей нанимать правительственных специалистов, использовать научные разработки, а также обеспечивает приоритетный доступ к сверхприбыльным правительственным заказам на запуск космических аппаратов.
Более того, этот подход вместе с массированным пиаром и хайпом позволяет обойти обычную систему заключения оборонных контрактов, что фактически означает значительную экономию средств. Конструкторское бюро SpaceX функционирует также, как ранее знаменитое подразделение Локхид Мартина «Сканк-Воркс», которое разработало чрезвычайно амбициозные дорогие системы, такие как U-2 и SR-71, во многом благодаря возможности летать «под радарами», в прямом смысле этих слов. С тех пор Локхид раздулся в «слишком большого для провала» оборонного подрядчика, который стабильно поставляет дорогостоящие, но плохо работающие авиационные системы.
Фантазии Маска о колонизации Марса и продаже билетов на орбитальные космические полеты оказались эффективным прикрытием для основной военно-ориентированной деятельности корпорации. Статус SpaceX, как частной корпорации, также позволяет покрывать часть расходов на исследования и разработки за счет подлинной коммерческой деятельности. И все же успех SpaceX не был бы столь впечатляющим, если бы не исключительный доступ к государственным разработкам и финансам. SpaceX удалось при помощи огромных правительственных инвестиций создать космические стартовые комплексы, которые могут работать не только на мысе Канаверал или в космическом центре Кеннеди, но даже на базе ВВС Ванденберг. Скорость, с которой SpaceX разработала, протестировала и развернула несколько различных типов ракетных двигателей семейств Kestrel, Merlin, Raptor и Draco, является прямым следствием привилегированного доступа к технологиям NASA и военных космических программ США.
Несмотря на то, что SpaceX была основан в 2002 году, уже в 2005 году она выигрывает контракт на запуск космического корабля ВВС США на сумму $100 млн, а в 2006 году контракт на коммерческие орбитальные перевозки для NASA (COTS). И это при том, что запуск первой орбитальной ракеты Falcon I не планировался ранее 2008 года. В начале 2008 года ВВС США заключили еще один контракт, уже на $1 млрд со SpaceX, еще до первого полета Falcon I. SpaceX стала фактическим отделом исследований и разработок NASA, когда речь заходит о пилотируемых космических полетах. В 2014 году контракт с Национальным управлением по аэронавтике и исследованию космического пространства на использование аппаратов Crew Dragon привел, до текущего момента, лишь к одной успешной стыковке с Международной космической станцией, но без экипажа на борту, после чего последовало успешное приводнение аппарата. Ожидается, что более крупный многоразовый тяжелый пилотируемый космический аппарат Starship начнет летать в 2020-х годах.
Несмотря на конкуренцию со стороны United Launch Alliance и даже «Боинга», нет никаких сомнений в том, что SpaceX для пилотируемых полетов в США уже является тем же, чем «Боинг» для рынка тяжелых коммерческих самолетов и Локхид-Мартин для истребителей «пятого поколения». Она стала основным подрядчиком таких систем как для коммерческих, так и для военных заказчиков. При этом конкуренты поддерживаются эпизодическими контрактами, лишь в качестве страховки на случай грандиозного провала SpaceX.
Номенклатура космических ракет-носителей многоразового использования, пилотируемых космических кораблей и, в последнее время, спутников означает, что SpaceX рассматривается, как универсальный поставщик для недавно созданного вида вооруженных сил – Космических сил США.
Учитывая стремление Соединенных Штатов использовать оружие в космическом пространстве в рамках усилий по подрыву стратегического потенциала конкурирующих держав, а именно России и Китая, есть все основания ожидать, что SpaceX получит значительное финансирование по линии Космических сил США.
Возможно, наиболее интригующим проектом SpaceX является Starlink, развертывание группировки из более чем 4 тыс. миниатюрных спутников для предоставления услуг широкополосного доступа в интернет по всей планете. Вместе с тем, интерес к Starlink, продемонстрированный американскими военными, говорит о том, что это, по меньшей мере, проект двойного назначения. В статьях, в которых обсуждается интерес военных к Starlink, указывается на возможность того, что группировка спутников станет заменой устаревшим локаторам воздушного базирования по обнаружению наземных целей J-STARS, и предполагается, что технические возможности этих спутников могут использоваться для эффективного отслеживания движущихся наземных объектов.
Если это действительно так, то они могут выполнять роль спутников предупреждения о запусках баллистических ракет и даже использоваться для отслеживания самолетов-невидимок, поскольку группировка космических аппаратов будет действовать, как массивная распределенная мультистатичная радиолокационная антенная решетка.
Бешенная гонка, устроенная SpaceX, не обошлась без неудач. В частности, с Crew Dragon произошла серия досадных инцидентов, и вполне вероятно, что бег сломя голову и срезая углы может привести к значительно более тяжелой катастрофе уже при пилотируемых космических полетах. Другие частные космические инициативы, такие как Scaled Composites Берта Рутана и Virgin Galactic Ричарда Брэнсона уже пострадали от несчастных случаев со смертельным исходом, которые либо значительно задержали разработки, либо привели к их закрытию. SpaceX отличается от них тем, что его основным заказчиком выступает правительство, которое очень заинтересовано в том, чтобы Космические силы США доминировали на околоземной орбите так же, как американский флот доминирует в мировом океане, обеспечивая постоянное военное присутствие. Правительство США сделало азартную ставку на SpaceX, как на технологическую базу такого доминирования. Справится ли SpaceX с этой задачей? Вопрос открытый.
