Стремление иракских курдов добиться независимости насчитывает не одно десятилетие. В разные периоды истории Ирака внешние силы то поддерживали курдов против центрального правительства Багдада, то шли на сговор с ним. Это влекло за собой прекращение активной фазы противоборства курдских пешмерга с правительственной армией.
Попытки провести референдум в Иракском Курдистане предпринимались и ранее, но по разным причинам его дата переносилась на более “благоприятное время”. По мнению политического руководства иракских курдов, такое время настало именно сейчас, когда в Ираке они обладают всеми атрибутами государственности, но без общепризнанного статуса. Не исключено, что результаты референдума будут использованы курдами для торга с Багдадом с целью еще большего увеличения их статуса в рамках “федерации или конфедерации”.
В свою очередь Иран не может быть сторонним наблюдателем данного процесса, который как утверждает руководство страны был “инициирован Западом в лице США, с целью спровоцировать волнения в Иране”.
Курдов в Иране насчитывают около 8 млн человек. После Второй мировой войны, воспользовавшись слабостью центральной власти и сложившейся геополитической ситуацией, курды предприняли попытку создать свою государственность. В январе 1946 г. была провозглашена т.н. Мехабадская республика. Он просуществовала всего 11 месяцев, но не получив внушительной внешней поддержки, Тегеран смог с легкостью подавить восстание курдов.
Провозглашение Мехабадской республики Кази Магомед (на трибуне) и Мустафа Барзани (внизу в центре)
Чтобы не допустить подобных волнений в будущем, шах Ирана Мохаммед Реза Пехлеви заключил с лидером курдов Мустафой Барзани договор, по которому основная деятельность курдов будет перенесена в Ирак, где у власти в то время находились враждебные Тегерану силы – баасисты. Шахская спецслужба САВАК стала вооружать и обучать курдские пешмерга. Благодаря мощной поддержки из Тегерана курды добились больших успехов, но в планы шаха не входило усиление курдов в Ираке настолько, чтобы после они смогли бы стать головной болью для самого Ирана.
В 1975 г. Саддам Хусейн пошел на значительные уступки шаху – был заключен т.н. Алжирский договор. Соглашение предусматривало урегулирование территориальных споров между двумя странами, установление государственной границы по тальвегу реки Шатт-эль-Араб, а также прекращение взаимной подрывной деятельности.
Шах Ирана Мохаммед Реза Пехлеви, президент Алжира Хуари Бумедьен и президент Ирака Саддам Хусейн
При невыполнении достигнутых Алжирских договоренностей Ирак в любом случае оказывался в проигрыше, т.к. шах Ирана всегда мог возобновить оказание помощи иракским курдам, но на этот раз Пехлеви не стал бы церемониться с Багдадом и дело могло бы закончиться фатально для власти партии “Баас”. Осознание подобного поворота событий и вынудило С. Хусейна пойти на значительные уступки шахскому Ирану.
Со свержением режима Саддама Хусейна курды получили большие полномочия в рамках “единого Ирака”. Но такое состояние не могло долго длиться, ибо существуют краеугольные отличия в стремлениях курдов и Багдада. К этому добавляются интересы мировых и региональных держав, которые используют (или пытаются использовать) “курдский джокер” для решения своих геополитических задач.
Конечно, в Иране не так остро стоит курдский вопрос, как в Турции или Ираке, но Тегеран несомненно следит за развитием событий возле своих границ и предпринимает превентивные шаги. В ответ на самовольный референдум о независимости Иракского Курдистана власти Ирана заблокировали участок границы с Ираком. Турция планирует поступить также, сообщает агентство Mehr News. Как пояснил официальный представитель МИД Ирана Бахрам Касеми, Тегеран принял подобные меры по требованию Багдада. “Иран уважает суверенитет и целостность Ирака и выступает против любых попыток их нарушить”, пояснил представитель внешнеполитического ведомства.
Как верно заметил Александр Князев: “В Иране курдская элита в высокой степени кооптирована (встроена) в общеиранскую элиту, в политическую систему Ирана и в бизнес. Не имеют курды в Иране и проблем с реализацией своей этнической идентичности в культурно-языковой сфере”.
Курдский вопрос тесным образом связан с межгосударственными отношениями между Ираном, Ираком, Турцией и международными отношениями на Ближнем и Среднем Востоке.
Следует учитывать, что:
- Поспешные действия в намерении создать свое государство без учета специфики региона и конкретного исторического момента всегда чреваты катастрофическим провалом для курдов.
- Без заинтересованности извне и внушительной внешней поддержки практически невозможно формирование “независимого Курдистана”, или хотя бы добиться на первом этапе статуса автономии в рамках того или иного государства. Примером служит Ирак, где при помощи США и сил антисаддамовской коалиции был свергнут баасистский режим и курды получили возможность сформировать Курдский Автономный Район и впервые за всю историю Ирака принять активное участие в политике страны.
Мохаммад Багери, Реджеп Эрдоган и Хулуси Акар. Иллюстрация: akparti.org.tr
Таким образом, вряд ли можно найти универсальный способ урегулирования курдского вопроса. Представляется проблематичной трансформация Турции и Ирана в федеративные государства и провозглашение в них курдских республик, как того желают турецкие и иранские курды. С одной стороны, этому препятствуют политические процессы в каждой из стран проживания курдов. С другой, особенности геополитической ситуации региона в целом.
Из вышесказанного можно заключать, что курдский вопрос в XXI веке будет развиваться диаметрально противоположными направлениями. Всё будет зависеть от развития событий на Ближнем Востоке, с учетом международного положения и отношения мировых и региональных держав к стремлению курдов создать “единый и независимый Курдистан”.
Василий Папава – иранист, эксперт по Ближнему Востоку, специально для Экспертной трибуны “Реалист”
