Интервью
«Реалист»: Ситуация вокруг Северной Кореи закручивается в спираль. Американцы и японцы с двух сторон пытаются ситуацию обратить себе на пользу. Какие Вы видите риски для национальной безопасности России? Ведь США угрожают применением ядерного оружия.
Алексей Плотников: Риски, безусловно, есть, но их всегда можно минимизировать (в этом искусство дипломатии), если ситуацию держать под контролем и, самое главное, не уклоняться, не дистанцироваться от решения принципиальных вопросов, какими бы «неудобными» они не были.
«Неудобными» потому, что в них надо занимать твердую позицию, а не «отсиживаться», пытаясь «усидеть на двух стульях».
К сожалению, в последнее время мы все чаще наблюдаем, как российская дипломатия пытается «отсидеться» и дистанцироваться от участия в крайне обострившейся ситуации вокруг Северной Кореи.
В частности, можно сослаться на недавнее выступление (в ходе заседания Валдайского клуба 27 ноября с.г.) заместителя министра иностранных дел России Игоря Моргулова, который предложил новый трёхэтапный план по урегулированию северокорейской проблемы.
И дело даже не в том, что он как-то очень странно «подгадал» время для своего выступления, — напомним на следующий (26 ноября) день КНДР впервые после 15 сентября провела очередной запуск новой – и, по оценкам специалистов – настоящей межконтинентальной баллистической ракеты (МБР), способной реально поражать территорию США.
Принципиальным стало то, что, по мнению И.Моргулова (т.е. нашего МИДа), проблему Северной Кореи и США должны теперь решать напрямую Пхеньян и Вашингтон. Подчеркиваю, смысл выступления был именно в том, что КНДР и США сами должны сесть за стол переговоров, причём прямых. Таким образом, переговоры между Северной и Южной Кореями, которые в выступлении были упомянуты лишь вскользь, как бы «уходят на второй план».
Что не менее важно, при этом ничего не было сказано ни о роли в этом процессе России, как, напомним, участницы шестисторонней комиссии, ни – что особенно удивляет и настораживает – о роли ООН и, конкретно, Совбеза ООН.
Я понимаю, что эта организация себя в последнее время сильно дискредитировала, но факт остаётся фактом: сейчас это единственный международный орган, который по уставу призван обеспечивать международную безопасность, предотвращать агрессию и противодействовать возникновению конфликтов. Именно это не может не настораживать.
«Реалист»: То есть по факту мы самоустранились и отдали ситуацию на откуп США и Китаю?
Алексей Плотников: Похоже на то. Я бы сказал, даже не Китая, а на откуп, подчеркну, двусторонних отношений КНДР и США. Подобная «новация» возникает впервые. Китай упомянут как участник шестисторонней комиссии, но упомянут как бы вскользь, так же, как и вскользь упомянута Южная Корея. Это главный смысл выступления нашего замминистра, – выступления, подчеркну, с дипломатической точки зрения крайне неудачного, – как попадание «в молоко».
Накануне запуска ракеты он не мог об этом не знать, наши соответствующие службы не могли не докладывать о том, что запуск готовится. Это просто невозможно.
Значит, если это было сделано преднамеренно – это, по меньшей мере, странно; если же это было сделано «по не знанию» – это крайне досадный «ляп», назовём вещи своими именами.
Факт остаётся фактом: дух и смысл выступления одного из руководителей нашего МИДа сводится к очень странному – если не сказать труднообъяснимому с точки зрения текущего состояния дел – формату, когда США и КНДР напрямую решают свои вопросы (т.е. – ни больше, ни меньше – вопросы войны и мира на Дальнем Востоке), напрямую проводят серию переговоров и договариваются о так называемом «мирном сосуществовании».
Еще одна новация: мирное сосуществование Америки и КНДР, какой-то очередной «прорыв дипломатии». Настораживает все это, повторим, потому, что имеет абсолютно четкий и понятный (и не только для дипломатии) смысл: Россия хочет дистанцироваться от решения данной проблемы.
К сожалению, приходится вновь говорить о непоследовательности, противоречивости и «реактивности» нашей политики в одном из ключевых регионов современного мира.
«Реалист»: Кстати, Пхеньян признает воссоединение Крыма с Россией. Ещё никто из союзников Москвы по ОДКБ не признал итоги референдума 2014 года. Ранее только Сирия признавала Крым за Россией. То есть северокорейский народ проявляет другую волю по отношению к России и её национальным интересам. А мы тем временем поддерживаем санкции СБ ООН против Пхеньяна. Как нам тогда быть?
Алексей Плотников: Вы совершенно справедливо ставите вопрос. Северная Корея постоянно демонстрирует нам свою добрую волю и свою расположенность. Не надо забывать, что при всей нашей нынешней «большой любви» к Южной Корее – это американская «площадка», где нет и не предвидится нашего присутствия, – там есть только американское военное присутствие, которое в последнее время постоянно наращивается.
А Северная Корея, хотел бы всем напомнить – наш стратегический партнёр ещё с 1945 года.
Именно поэтому складывающаяся ситуация выглядит особенно неприглядной и малопонятной: именно северокорейское руководство постоянно делает дружеские жесты по отношению к Российской Федерации, а Российская Федерация отвечает им непонятно чем (это самое мягкое, что можно сказать).
Несколько месяцев назад, напомним, мы абсолютно необъяснимо – и с точки зрения логики дипломатии, и просто здравого смысла – проголосовали в Совбезе ООН за второй пакет санкций против КНДР (напомним, получившее «высочайшее одобрение» и благодарность лично от президента США Д.Трампа).
Здесь мы фактически имеем продолжение того же самого «курса». Это непонятная и нетвердая позиция РФ настолько очевидна, что уже сами северокорейские власти (как известно, не склонные к скоропалительным решениям) очень аккуратно, но твердо начинают давать понять, что России надо определиться.
Попытка «усидеть на двух стульях» (недобропамятная по временам Горбачева), слишком откровенно прослеживаемая сейчас в нашей внешней политике, настораживает. И последнее выступление заместителя министра только усугубляет это ощущение.
Вы совершено справедливо отметили: Северная Корея признала Крым (при том, что, к нашему большому сожалению, наш ближайший союзник Белоруссия этого не сделала (о причинах, в т.ч., объективных, говорить не будем).
Такие дружеские жесты с дипломатической точки зрения предполагают соответствующую ответную дружескую реакцию. С нашей стороны пока этого, увы, не видно.
Ещё раз хотел бы подчеркнуть: больше всего в последней российской «инициативе» тревожит попытка дистанцироваться от решения вопроса. Все это, в итоге, может привести к самым негативным последствиям и для развития ситуации на Дальнем Востоке, и, к сожалению, и для внешнеполитического престижа и репутации России.
В завершении хотелось отметить следующее. Искусство дипломатии, как известно – искусство создавать себе союзников. У нас в мире, как мы знаем, союзников не так уж много. Тем более не следует разбрасываться теми, что есть. Особенно, если они традиционные, проверенные временем. Как показывает история – в т.ч. наша недавняя история 1990-х гг. – это крайне опасный и тупиковый путь.
Алексей Плотников – доктор исторических наук, профессор факультета мировой экономики и мировой политики Высшей школы экономики, специально для Экспертной трибуны «Реалист»
