По сообщению японской информированной газеты “Майнити” (Mainichi) от 10 декабря, правительство Японии до конца текущего года намерено принять окончательное решение о размещении на территории страны американской системы ПРО Aegis Ashore на фоне ситуации на Корейском полуострове. Предполагается, что два комплекса этих ракет будут развернуты на полигонах в префектурах Акита и Ямагути.
Однако и без этого, задолго до того, как КНДР заимела ракетные системы, способные достигать японскую территорию, правительство и командование созданных вопреки антивоенной 9-й статье Конституции Японии вооруженных сил (“сил самообороны”) страны уделяло созданию эшелонированной противоракетной системы обороны Японских островов значительное внимание.
В настоящее время Япония обладает двухуровневой системой ПРО. Оснащенные системами Aegis корабли ВМС имеют на вооружении ракеты-перехватчики SM-3, которые способны сбивать баллистические ракеты на средней части их траектории. Если этого сделать не удастся, будет задействован второй уровень ПРО с использованием Patriot PAC-3, которые должны перехватывать вражеские ракеты на заключительном этапе их полета.
С начала 2010-х годов парк ЗРК сухопутных войск Японии вырос на 18% за счет поступления к 2016 г. на вооружение 4-х батарей новейших ЗРК средней дальности Тип 03, которые заменили ЗРК IHawk в двух зенитно-ракетных группах по 16 ПУ в каждой в Центральной и Восточной армиях. ЗРК Тип 03 вертикального пуска с дальностью стрельбы до 50 км оснащен ПУ с 6-ю ракетами в контейнерах на шасси тяжелых автомобилей. Этот комплекс может поражать не только тактические, но и оперативно-тактические и крылатые ракеты.
Кроме того, на вооружении соединений сухопутных войск Японии имеются дивизионы, оснащенные легкими самоходными ЗРК Тип 93, представляющими собой ПУ с 8 современными, защищенными от помех японскими ракетами Тип 91, использующими наведение в двух диапазонах волн. В итоге возможности противоракетной и противовоздушной обороны японской армии за последние несколько лет существенно увеличились.
Что касается системы ПРО Aegis Ashore, то, по сведениям газеты “Майнити”, решение о начале ее размещения на территории страны может быть принято на заседании японского кабинета министров 19 декабря. Предполагается, что два из них будут развернуты на полигонах “сил самообороны” Японии в северной префектуре Акита и центральной префектуре Ямагути, что позволит защитить всю территорию страны от возможного ракетного удара.
Для ускорения подготовки к размещению планировавшихся ранее к развертыванию в 2023 году двух установок комплексов ПРО Aegis Ashore, каждая из которых стоит около 80 млрд иен (около $728 млн), правительство уже приняло решение выделить 2,1 млрд иен ($18 млн) из дополнительного бюджета на текущий (завершается 31 марта 2018 года) финансовый год.
Для этих систем Япония совместно с США разрабатывает новые ракеты-перехватчики SM-3 Block 2A, которые должны иметь радиус до 1 тыс. км вместо рассчитанных ориентировочно на дальность в 500 км трехступенчатых корабельных ракет SM-3 системы Aegis, при разработке которых Япония уже приобрела опыт разработки 4 компонентов: инфракрасной системы обнаружения цели и слежения за траекторией ее полета; кинетической боеголовки уничтожения цели; головного обтекателя, защищающего два первых элемента от аэродинамических и тепловых нагрузок; твердотопливного двигателя второй ступени.
Лоббирует решение об ускорении принятия на вооружение “сил самообороны” комплексов ПРО Aegis Ashore лично премьер-министр страны Синдзо Абэ, объявивший о стремлении отменить и без того давно нарушаемую 9-ю статью Конституции и считающий, что Япония как суверенная страна имеет право обладать вооруженными силами, способными проецировать угрозу другим государствам.
Правительству С. Абэ удалось добиться принятия парламентом Японии в декабре 2013 г. “Закона о государственной тайне”, который вступил в силу 10 декабря 2014 г. К этому времени были определены 387 категорий и видов информации, подлежащей присвоению грифа “государственная тайна” (в т. ч. 247 – по ведомству Министерства обороны, которое было воссоздано в 2007 г., впервые после окончания Второй мировой войны /ранее – Управление обороны/).
В 2013 г. с приходом к власти в Японии амбициозной команды во главе с премьер-министром С. Абэ фактически на год раньше срока была заявлена рассчитанная на десятилетие новая программа военного строительства страны с рубежным сроком для ее корректировки в случае необходимости в 2018 финансовом году, однако, исходя из информации “Майнити”, становиться ясным, что эта корректировка уже началась на год раньше.
Судя по предисловию министра обороны Японии Г. Накатани к “Белой книге по обороне Японии” за 2015 г. и опубликованным в ней “Основным положениям программы национальной обороны” от 2013 г., “краеугольным камнем” новой программы, “в связи со значительным обострением военно-политической обстановки вокруг Японии, возросшими угрозами миру и безопасности страны”, является строительство “динамичных объединенных оборонительных сил, способных обеспечить эффективную оборону”, и “усиление возможностей объединенных операций силами самообороны”. Достичь этих целей Министерство обороны Японии намерено за счет резкого повышения мобильности войск и сил, в том числе способности к быстрой переброске войск за пределы японских границ в случае обострения ситуации в районе “удаленных островов”, наращивания усилий по контролю над морскими и воздушными пространствами в обширном Азиатско-Тихоокеанском регионе, задачи по осуществлению которого в рамках японо-американского военного союза Япония добровольно взяла на себя еще в 1980-е годы, расширению участия “сил самообороны” в “урегулировании вооруженных конфликтов” в рамках миротворческих операций.
Очевидно, что, принимая решение об ускорении усиления системы противоракетной обороны страны, японское руководство исходит из того, что в случае вольного или невольного соучастия со своим союзником Соединенными Штатами Америки в военной авантюре за пределами территории Японии, как это уже не раз было в ее истории (против обладающих ракетно-ядерным оружием Северной Кореи или не устраивающих их любых других государств), она неизбежно получит ответный удар. Однако вина в этом будет лежать на самой Японии.
Г. Накатани слывет “ястребом” в японском руководстве, заявлявшим о праве Японии наносить “превентивные удары” по противнику. Он является первым руководителем военного ведомства Японии в послевоенный период, закончившим Академию обороны “сил самообороны” Японии и служившим в них, и хотя формально должность министра обороны – гражданская, на учениях любит носить форму с отличием пятизвездочного генерала.
Вячеслав Зимонин – доктор исторических наук, профессор, директор Института проблем безопасности и развития Евразии, капитан I ранга, специально для Информационного агентства “Реалист”
