МОСКВА (ИА Реалист). На сайте Банка России сообщается, что его Совет директоров принял решение 22 октября 2021 года повысить ключевую ставку на 0,75 % до 7,5% годовых. Это решение объясняется желанием регулятора сдержать высокие темпы инфляции, достигшие 18 октября 7,8% в годовом выражении. Поскольку по итогам 2021 года годовая инфляция ожидается в интервале 7,4–7,9%, то Центробанк допускает возможность дальнейших повышений ключевой ставки на ближайших заседаниях, чтобы снизить годовую инфляцию до 4,0–4,5% в 2022 году и в дальнейшем сохранить такой ее темп.
В качестве причин ускорения годовой инфляции со второй половины августа Банк России называет рост цен на плодоовощную продукцию, опережение роста внутреннего спроса возможностей расширения производства, рост цен на мировых рынках и высокие инфляционные ожидания населения и предприятий. Банк России надеется, что проводимая им денежно-кредитная политика укрепит тенденцию к повышению привлекательности депозитов для населения, защитит покупательную способность сбережений и обеспечит сбалансированный рост кредитования.
Объяснение Банком России ускорения годовой инфляции ростом цен на плодоовощную продукцию (кстати, цены растут на многие продукты) в связи с опережением роста внутреннего спроса возможностей расширения производства, ростом цен на мировых рынках и высоких инфляционных ожиданий населения и предприятий, является поверхностным.
Однако первая главная причина роста темпов инфляции в нашей стране состоит в том, что правительство уже давно потеряло управление развитием национальной экономики и безуспешно пытается в оперативном режиме решать краткосрочные проблемы, нарастающие сегодня снежным комом со всех сторон.
Кроме того, не нужно забывать, что ФРС США в постпандемийном периоде значительно увеличила скорость запуска долларовых фантиков в другие страны, и, следовательно, темпы роста мировой инфляции. Следуя правилам финансовой стабилизации, для сдерживания влияния высоких темпов роста мировой инфляции на высокие темпы роста инфляции внутри страны, Банк России, сжимает денежную массу в обращении посредством роста процентной ставки, и банкротит тем самым национальное производство, увеличивая безработицу и нищету населения. Продукция российского производства уходит в те страны, которые предлагают более высокие цены.
Конечно, легко обвинить во всем Банк России. Однако, допустим, что Банк России снизит процентную ставку и ускорит запуск в стране галопирующей инфляции, которая и без его помощи набирает темпы. В таком случае от правительства РФ потребуется срочно внедрить мобилизационную модель, которой сегодня у правительства нет. Наше правительство озабочено лишь построением виртуального мира с тотальным цифровым контролем над гражданами, что не имеет никакого отношения к развитию национальной экономики для мирного выхода России из современного глобального кризиса. Предполагаю, что команда Банка России под требования «патриотов» опустит процентную ставку тогда, когда правительство будет готово к внедрению модели тотального цифрового контроля для сдерживания недовольства граждан от резкого падения реальных доходов, роста безработицы, нищеты, голода…
Все это напоминает события конца 1920-х — начала 1930-х годов, приведшие к военному разрешению глобального кризиса во Второй мировой войне.
Тогда Великобритания попала в глубокую дефляцию из-за политики финансовой стабилизации, а США — в великую депрессию из-за ускоренных темпов рационализации производства, резко усилившими диспропорциональность экономики и невозможности аграрных стран Латинской Америки выплачивать долги. Возвратившиеся в 1928 г. на родину из Европы, закончившей финансовую стабилизацию для возвращения к золотому стандарту, огромные спекулятивные долларовые потоки, вызвали биржевой бум. Повышение учетной ставки не смогло остановить биржевой бум, после которого произошло громадное падение курса бумаг акционерных обществ и цен. Вслед за этим последовало сокращение производства и массовая безработица.
Скоординированная деятельность стерлингового блока во главе с Англией (к валюте Англии были привязаны валюты многих стран — Скандинавских стран и стран, входивших в Британскую империю) и долларового блока, в состав которого, кроме США, входили Канада и страны Латинской Америки, позволили им простимулировать производство экспорта, а с ним и временный выход из кризиса, за счет валютного демпинга (девальвации национальных валют) по отношению к странам Европы, продолжавших в 1930-х годах следовать курсу финансовой стабилизации. Созданный в 1933-м году золотой блок во главе с Францией, куда вошли страны Западной Европы, распался через три года. Первой из него вышла Италия, вынужденная перейти к жесткой мобилизационной модели.
Кризис в США имел большие последствия для Германии, также проводившей политику рационализации за счет иностранных капиталов (3/4 это были капиталы США, остальные — Англии и Франции). Высокая учетная ставка, установленная в Германии, привлекла в 1925-1929 гг. огромное количество спекулятивных капиталов. Германская промышленность переживала подъем. Однако процветание оказалось «зыбким». Так как основу экономики страны составляли иностранные займы и внешняя торговля, то последствия краха фондовой биржи на Уолл-стрит катастрофически отразились на Германии. Их приток в Германию резко сократился после начала биржевой спекуляции в Нью-Йорке, а потом вовсе прекратился после биржевого краха. Выросло количество требований иностранцев погасить кредиты, сократился объем экспорта для оплаты импорта сырья и продовольствия.
Рост учетной ставки не сумел предотвратить быстрое изъятие капиталов из банков, что вызвало крах многих из них. Эпицентр кризиса, быстро переместился в страны Центральной Европы, связанные экономически с Германией. Сильное падение сельскохозяйственных цен в придунайских странах сделало невозможной ликвидацию их задолженности перед Германией, что дополнительно вызвало увеличение в ней дефицита платежного баланса, ухудшение валютного курса марки и падение цен. В результате объем производства с 1929 г. по 1933 г. сократился почти на 50%, уровень безработицы достиг 6 млн человек.
До 1933 г. Германия спасала монополии от банкротства с помощью предоставления им дотаций, кредитов и гарантий, придерживаясь в своей деятельности в течение длительного времени политики финансовой стабилизации. В то время, когда Великобритания и США оживили производство посредством валютного демпинга, жесткая ограничительная политика финансовой стабилизации Гинденбурга, слабого и бездеятельного канцлера, направленная на балансирование бюджета, «привела экономику к катастрофическим последствиям, если вспомнить о том, что именно неспособность ликвидировать безработицу в Германии способствовала приходу нацизма» (Лионель Ге Столерю, министр экономики и финансов Франции в 1969 г., профессор экономики и математики).
«Война» девальваций и таможенных барьеров в 30-х гг. привела к сокращению внешнеторгового оборота на 30 %, что противоречило целям транснациональных корпораций. Для того, чтобы начать с «чистого» листа, потребовалась Вторая мировая война с последующим формированием новой мировой валютной системы, основанной на долларе.
С приходом Трампа к власти в 2017-м году США перешли от либерализма к протекционизму, с низкой процентной ставкой для роста экспорта долларовых фантиков в обмен на материальные ресурсы других стран. Другим странам, в частности ЕС и России, МВФ рекомендует придерживаться финансовой стабилизации. Пандемия-2019 знаменовала ускорение в запуске мировой инфляции и цифровой трансформации мирового сообщества. Несмотря на выступление Шваба на Давосском форуме-2021 о концепции «перезагрузки капитализма» с развитием многосторонних отношений, представители западных государств стали рассматривать глобальную координацию в форме торговли, как несущую высокий риск. Поэтому, по их мнению, для снижения рисков в глобальных цепочках добавленной стоимости нужна альтернатива «ближе к дому» с организацией новых моделей развития национальной экономики.
Сегодня, как и в 1930-х годах, организуются новые блоки для выживания в глобальном кризисе и формирования нового мирового порядка.
Организован блок США, Великобритании и Австралии (AUKUS) нацеленный на обеспечение международного мира и своего порядка. ЕС надеется реализовать «зеленый» курс, предполагающий сброс бремени глобального кризиса на Россию за счет введения углеродного налога и запуска спекулятивных инструментов «зеленого» финансирования. Китай, реализуя глобальный проект «один пояс, один путь», также стремится установить свой новый мировой и финансовый порядок. Какие порядки и на каких принципах? Где глобальный проект России для ее сохранения и лидерства в будущем мировом порядке?
Банк России, повышая процентную ставку, продолжает политику финансовой стабилизации, которая переносит бремя запуска мировой инфляции на падение реальных доходов россиян и рост безработицы. Однако инфляция, несмотря на старания Банка России, будет нарастать и неизбежно перерастет в галопирующую, после чего потребуется переход к мобилизационной модели. Судя по недавним 42-м инициативам правительства РФ на 2021-2024 гг., увлекшегося виртуальной «перезагрузкой» по Швабу, Россия готова и дальше подставлять плечо Западу, беря тяготы мирового кризиса на себя с ускоренным погружением в «темные» цифровые времена с уничтожением своей истории. Остается надеяться на здоровые силы России, стремящиеся к выполнению национальных целей развития России, поставленных президентом РФ, за счет стратегического планирования экономики с использованием достижений цифровой революции. В этом и будут заложены основы глобального проекта России — драйвера выхода цивилизации на магистраль будущего благополучия.
Елена Ведута — доктор экономических наук, руководитель секции «Искусственный интеллект в экономике» РАН, специально для ИА Реалист
