КУРИЛЬСК (ИА Реалист). На встрече международного дискуссионного клуба «Валдай», которая состоялась в Сочи с 18 по 21 октября, сенсационно прозвучала и тематика российско-японских отношений. Во-первых, потому что вопрос президенту РФ Владимиру Путину задал не японский журналист, обозреватель или официальный представитель японского правительства, как это было на прошлых заседаниях клуба, а профессор Университета Хосэй Нобо Симотомаи, известный как сторонник развития японо-российских отношений.
Во-вторых, не менее сенсационным прозвучал и ответ Путина о его приверженности и далее развивать российско-японские отношения, стремясь к «окончательному урегулированию отношений, вплоть до заключения мирного договора».
Такой «отбор» задающего вопрос по японскому направлению, видимо, связано с той непримиримой японской позицией по увязке «территориальных притязаний на российские южные Курилы – мирный договор», которую провозгласил новый премьер-министр Японии Фумио Кисида. 8 октября в своей инаугурационной речи он заявил, что «Япония не подпишет с Россией мирный договор без разрешения территориального спора».
В последующем Кисида неоднократно подтверждал свою неизменную приверженность такому подходу. Как известно, он был министром иностранных дел в кабинете Синдзо Абэ и проводил политику последнего относительно «мирного договора-территориальные японские претензии» на основе Совместной декларации от 19 октября 1956 года, которой в этом году исполнилось 65 лет с момента подписания и ратификации обеими сторонами. Именно Совместная декларация 1956 года и является тем мирным договором, по которому осуществлялись в советский период и сейчас двухсторонние российско-японские отношения.
Практика 65-летнего применения мирной декларации 1956 года подтвердила возможность развития российско-японского сотрудничества по самым разным направлениям, безусловно, при наличии взаимной заинтересованности и, как любят подчеркивать дипломаты, политики доброй воли. Последняя — в большом дефиците с японской стороны.
Уверен, все это хорошо известно обеим сторонам, как и то, что, с учетом ряда событий, произошедших в период действия декларации 1956 года, у российской стороны нет каких-либо обязательств по заключению нового «мирного договора». Да и само наименование «мирный договор» относится к воюющим сторонам. Такого состояния нет между Россией и Японией, надеюсь, и не будет. Тем более что прошло уже 76 лет с момента подписания последней Акта о безоговорочной капитуляции.
Между тем новая Россия целое 30-летие упорно втягивается в бесперспективные переговоры с Японией относительно заключения какого-то надуманного нового «мирного договора». Этим и воспользовалась в свое время японская сторона, навязав к эфемерному российскому предложению по «мирному договору» свои реваншистские территориальные притязания на южные Курилы. Все попытки российской стороны убедить японцев снять свои территориальные притязания, как не имеющие каких-либо международно-правовых основ, не находят понимания. Переговоры зашли в заведомо прогнозируемый тупик еще при Абэ.
Казалось, что с уходом Абэ, который провел с Путиным 27 встреч-переговоров по канве «мирный договор — территориальные японские притязания на южные Курилы», тема закрыта, как тупиковый путь, и к ней нет больше возврата. Однако сенсация на японском направлении не заставила себя долго ждать. На вопрос Симотомаи («Каким Вы видите будущие двусторонние отношения, прежде всего, перспективы мирного договора между Россией и Японией?») Путин вновь подчеркнул «стремление к урегулированию, окончательному урегулированию отношений, вплоть до заключения мирного договора». Разъясняя такой подход, президент уточнил: «У нас еще при Абэ был выстроен целый ряд наших совместных действий, совместной работы по выведению российско-японских отношений на новый уровень. Мне б очень хотелось, чтобы эта работа была продолжена в таком же ключе и в будущем».
Такой ответ, полагаю, был неожиданным не только для участников клуба «Валдай», но и для российских и японских политиков, а также общественности двух стран. Вне сомнения, в российских СМИ вряд ли подобный подход Путина, в условиях ультимативных японских территориальных притязаний на российские южные Курилы, получит поддержку. Впереди нас вновь ожидают бесперспективные российско-японские переговоры на высшем уровне по известной формуле «мирный договор – южные Курилы».
Возникает вполне логичный вопрос: что и кто побуждает президента Путина идти на столь унизительные для России, как одной из основных стран-победительниц во Второй мировой войне, шаги по выпрашиванию у бывшего японского агрессора эфемерного «мирного договора»? Ответ на поставленный вопрос имеет две версии.
Первая: в ходе прошлых 27 встреч-переговоров между Путиным и Абэ были все же достигнуты конфиденциальные предварительные договоренности по заключению «мирного договора» в обмен «на передачу Японии из группы островов южные Курилы только часть из них — Малой Курильской гряды». В подтверждение возможности такой развязки была в свое время утечка информации с японской стороны, которая самими участниками переговоров не подтверждалась, но и не опровергалась.
Вторая: отсутствие должного анализа со стороны советников президента России по японскому направлению относительно истинной заинтересованности японских деловых кругов в экономическом сотрудничестве с Россией. Эти возможности, вероятнее всего, завышаются. Не следует сбрасывать со счетов и возможное влияние такого фактора, как японское лобби в кремлевских структурах.
В результате все этого и принимаются ошибочные решения относительно необходимости заключения эфемерного «мирного договора» в увязке с «территориальными японскими притязаниями на южные Курилы.
Давно назрела необходимость заявить Японии, что Россия прекращает какие-либо переговоры относительно «мирного договора», как не имеющего актуальности, и не намерена обсуждать японские реваншистские притязания на российские южные Курилы. Ведь сумел же МИД России довести до властей Украины, российской и украинской общественности, что Кремль не будет вести каких-либо переговоров по принадлежности Крыма. Так и Японии пора заявить: никаких переговоров по мирному договору и по принадлежности российских Курильских островов! Такой подход Кремля встретит понимание со стороны реалистически мыслящей российской и японской общественности, а также общественности других стран.
Вячеслав Зиланов — профессор, член Научно-экспертного совета Морской коллегии при Правительстве РФ, специально для ИА Реалист
