МОСКВА (ИА Реалист). Правительство РФ и Всемирный экономический форум подписали 13 октября 2021 меморандум о создании в России Центра четвертой промышленной революции. С российской стороны меморандум подписал вице-премьер Дмитрий Чернышенко, со стороны ВЭФ – президент форума Бёрге Бренде.
Заявлено, что Центр поможет в реализации глобальных проектов ВЭФ в России, а также в адаптации лучших мировых практик для российского цифрового бизнеса. На одной площадке объединятся лидеры мировой IT-индустрии, промышленности, науки и бизнеса, а также ведущие российские компании и государственные органы для изучения и внедрения новейших IT-разработок в России.
Естественно, возникают вопросы. По какому критерию будут выбираться лучшие мировые практики?
Почему Россия безоговорочно признает лидерство мировой IT-индустрии и науки? Почему Россия в лице своих ведущих компаний и государственных органов готова приступить к изучению и внедрению у себя мировых IT-разработок? Почему Чернышенко не заявил, что мы готовы обсудить с нашими учеными и разработчиками IT предложения ВЭФ, а также, в свою очередь, выдвинуть наши инициативы для обсуждения? Почему другие страны не бросаются без всякого обсуждения и так стремительно в технологические объятия ВЭФ? Пока что лидеры мировой IT-индустрии, кроме цифровизации коммерции, финансовых услуг, документооборота и игр с Big Data, не смогли ничего предложить для конструирования благополучного будущего.
Все их «игры» с цифровизацией не имеют никакого отношения к росту общественной производительности труда. Все ровно наоборот. По их плану, количество безработных в мире увеличится, медицина и образование будут оптимизированы по критерию перевода все большего количества их услуг в виртуальный мир, между гражданином и чиновником появится непреклонный робот, которому ты не сможешь донести все тонкости своей индивидуальной проблемы.
Более того, 4-я (по Швабу) промышленная революция не встречает поддержки со стороны пападных крупных промышленных корпораций, которые отмечают большие затраты на содержание айтишников без всякой отдачи для повышения эффективности управления развитием промышленных корпораций. Таким образом, так называемая Швабом 4-я промышленная революция — это цифровая контрреволюция в интересах обогащения цифровых гигантов за счет всех остальных.
Недавно на заседании Совета безопасности президент России заявил о необходимости повышения качества стратегического планирования для обеспечения благополучного будущего наших граждан. Поэтому возникают вопросы лично к Чернышенко, заявившему, что «основная цель создания российского Центра четвертой промышленной революции — повышение узнаваемости России в мировом экспертном сообществе и возможность обмена с ВЭФ и его партнёрами по всему миру накопленным опытом и экспертизой».
Какое отношение имеет так называемая революция к обеспечению движения экономики России в направлении благополучного будущего? Какая целевая экономико-математическая модель, представленная в виде системы алгоритмов проведения расчетов по ней, лежит в основе глобальной сети «4.0», чтобы мы могли проводить совместную политику данных и их обработку? Какую узнаваемость России Вы хотите повысить в мировом экспертном сообществе?
Отвечу за Чернышенко. В основе глобальной сети 4-й (по Швабу) промышленной революции, запущенной ВЭФ в 2018 году, нет целевой экономико-математической модели, расчеты по которой могли бы обеспечить движение нашей экономики в лучшее будущее, поскольку у авторов «революции» мозги повернуты в другом направлении. Поэтому дополнительные затраты страны на цифровизацию по Швабу-Бренде будут способствовать лишь ухудшению качества жизни в России. И получим мы рост узнаваемости России по темпам роста ее бедности и усиления цифровой власти над людьми, передающей этот накопленный опыт ВЭФ для его распространения в других странах, которые в отличии от России, не спешат первыми бежать к «темному» будущему.
Напомню, что когда-то мы первые в мире поставили задачу перехода от ручного управления экономикой (не людьми, как по Швабу) страны к автоматизированному (цифровому), понимая, что от этого зависел итог холодной войны с США. Однако вместо сосредоточения усилий институтов, ответственных за решение этой самой для нас актуальной и трудной задачи создания динамической модели межотраслевого баланса, координирующей деятельность всех министерств и ведомств в обеспечении движения экономики к благополучному будущему, мы направили свою энергию на получение денег, а не на решение задачи. Результат — развал СССР.
Конечно, можно мне возразить, что в данном случае речь идет не о деньгах, а, как сказал Бренде, о скоординированных совместных действиях: «Новый Центр четвертой промышленной революции в Москве станет важной частью глобальной сети форума. Важно оставить позади границы на благо совместной работы, формируя общемировое технологическое будущее».
Ради чего нам нужны скоординированные действия с ВЭФ, если у его руководителей нет динамической модели межотраслевого баланса, так нужной нам сегодня для превращения нашего правительства из «рака, лебеди и щуки» в согласованную команду, обеспечивающую движение России к благополучному будущему? Ведь актуальность задачи внедрения АСУ на основе динамической модели межотраслевого баланса, координирующей деятельность всех министерств и ведомств в обеспечении движения экономики к благополучному будущему, возросла многократно. Без ее решения мы потеряем Россию.
Это и будет результатом наших цифровых «игр» с далеким от решения экономических проблем ВЭФ. С подписанием меморандума с ВЭФ Россия теряет свой цифровой суверенитет. Мы добровольно отдаем себя во власть Шваба-Бренде и т.п. для проведения цифровых экспериментов над нашими людьми в области применения экспериментальных правовых режимов, искусственного интеллекта. Цифровизация по Швабу-Бренде будет не просто обслуживать дальнейшее погружение нашей страны в кризис, она придаст ускорение ухудшению качества жизни в России из-за неэффективности затрат на цифровую трансформацию. В этом и будет состоять смысл нашего «прорывного» развития вперед в «темное» будущее.
Елена Ведута — доктор экономических наук, руководитель секции «Искусственный интеллект в экономике» РАН, специально для ИА Реалист
