МОСКВА (ИА Реалист). Русская православная церковь предприняла ряд шагов, направленных на ограничение публичных высказываний священнослужителей. Формально запрет на выступления «от лица Церкви без благословения священноначалия» существует давно, но в этом году он дополнился новыми механизмами контроля и дисциплинарными мерами.
Циркуляр о запрете агитации
В апреле 2026 года Управляющий делами Московской Патриархии митрополит Воскресенский Григорий разослал по епархиям письмо (№ 01/2259 от 16.04.2026) о запрете участия священнослужителей в предвыборной агитации. На его основе Улан-Удэнская и Бурятская епархия выпустила циркуляр № 172 от 20 апреля 2026 года, который довёл эту позицию до настоятелей приходов. Это прямое ограничение политической активности духовенства в предвыборный период.
«Комиссия смотрящих»
В ноябре 2025 года появилась информация о создании специального органа, который в СМИ назвали «комиссией смотрящих». По данным источников, патриарх Кирилл распорядился сформировать структуру, которая будет «заниматься контролем публичных высказываний священнослужителей, церковных блогеров и тик-токеров». Комиссия должна рассматривать жалобы на «деструктивные высказывания» и принимать дисциплинарные меры.
Дисциплинарная практика
Запрет на высказывания подкрепляется указами о запрете служения. В сентябре 2026 года священника Романа Степанова запретили в служении «за публичную деятельность, вносящую соблазн в жизнь церкви», лишив права «преподания благословения» и ношения священнических одежд. В октябре 2026 года схиигумену Гавриилу запретили «любую деятельность от имени Валаамского монастыря», включая размещение материалов в интернете и СМИ.
Официальная позиция
Председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Владимир Легойда в июне 2026 года призвал журналистов отказаться от аббревиатуры «РПЦ» и глаголов «заявили, запретили, разрешили» в заголовках, поскольку «выхваченные из контекста хайповые высказывания отдельных священнослужителей, не уполномоченных говорить от лица всей Церкви, часто подаются как позиция Церкви». Митрополит Тихон (Шевкунов) также подчёркивал: священники могут иметь частное мнение, но «не уполномочены говорить от лица Русской православной церкви».
Политика РПЦ в 2026 году — это не единичный указ, а система мер: идеологическая (напоминание, что священник говорит только от себя), дисциплинарная (запреты служения за «соблазн») и институциональная (циркуляры и «комиссия смотрящих»). Формально священникам не запрещают высказываться — Легойда прямо говорит, что «запрет на возможность священника высказаться» не накладывается.
Однако на практике любое публичное заявление, которое церковное руководство сочтёт «деструктивным» или не согласованным с позицией священноначалия, может привести к запрету в служении. Это создаёт для духовенства мощный сдерживающий фактор: граница между «личным мнением» и «высказыванием от лица Церкви» определяется не священником, а его епископом.
