МОСКВА (ИА Реалист). Специфика российской элиты определяется особенностями её возникновения: она выросла из советской. Советская элита представляла собой совокупность чиновников, и ничем иным она быть не могла. В стране, где всё принадлежит государству, никакой другой элиты просто не могло существовать. Но при этом советская элита была недовольна своим положением: она владела страной, но не имела возможности передавать её своим детям по наследству. В заботе о будущем своих детей эта элита сама же инициировала введение рыночной экономики, чтобы через её механизмы приватизировать власть. По сути, именно это и стало содержанием перестройки.
Однако в России такой механизм не сработал. Здесь невозможно «поделиться» властью — её можно только передать целиком. Власть сакральна, а значит, неделима. Рыночная экономика одним фактом своего существования подрывала основы советской власти, и в итоге СССР рухнул.
Президент Борис Ельцин не доверял государственному аппарату, считая, что тот стремится к возвращению СССР. Поэтому он провёл ускоренную приватизацию наиболее привлекательных государственных активов, создавая себе опору в крупном бизнесе. Поскольку бизнесменов тогда фактически «назначали», их деятельность могла легко оказаться под контролем аппарата. Но Ельцин не позволял этого сделать. В результате возникла специфическая конфигурация элиты: в центре — президент, вокруг него — крупный бизнес («семибанкирщина»), а на периферии — государственный аппарат. В этой системе ничто не сдерживало бизнес, и потому ничто не ограничивало его эгоизм. Крупный капитал пустился во все тяжкие, страна стремительно погружалась в хаос.
Такой порядок не устраивал никого. Поэтому новый президент без труда отстранил олигархов, сделав их равноудалёнными. Аппарата он не боялся, понимая, что возврата в СССР тот не желает. В условиях «назначенного» бизнеса аппарат восстановил контроль над властью. Конфигурация элиты изменилась: в центре — президент и его ближайшие соратники, далее — государственный аппарат, а на периферии — бизнес. Эта система оказалась эффективной и соответствовала структуре российской экономики. Но она не решала главную проблему — наследования власти.
Ставка была сделана на госкорпорации. Так сформировалась новая конфигурация: в центре — президент и его окружение, вокруг них — руководители госкорпораций и высших органов власти, а на периферии — рядовое чиновничество и бизнес. Эта структура действует и сегодня.
Однако в элитной системе появился новый фактор — ветераны СВО. Привыкшие принимать нестандартные решения, они будут склонны действовать так же и во власти. Но здесь они столкнутся с другим порядком: решения принимаются по определённой процедуре, и выход за рамки этого алгоритма исключает влияние на процесс. В то же время в рамках самой процедуры почти невозможно что-то принципиально изменить. В эту институциональную ловушку ветераны, вероятно, и попадут.
Главная специфика российской элиты заключается в том, что она является государственной, работающей и мыслящей в логике госаппарата — и другой она быть не может.
Дмитрий Журавлев — научный руководитель Института региональных проблем, специально для ИА Реалист
