АНКАРА (ИА Реалист). Турция внимательно отслеживает продолжающиеся протесты в Иран, опасаясь, что затяжная нестабильность может дестабилизировать ключевого соседа и повлечь более широкие региональные последствия. Об этом заявляют турецкие официальные лица и аналитики.
Несмотря на десятилетия соперничества и противоречия интересов в Сирия, Ирак и Ливан, Анкара рассматривает сохранение территориальной целостности и общей стабильности Ирана как стратегическую задачу. «Несмотря на скрытую напряженность и конкуренцию в иранско-турецких отношениях, сохранение стабильности Ирана имеет ключевое значение для Турции», — заявил аналитик по Ирану из SETA Мустафа Джанер.
Эта позиция была подтверждена заявлениями министра иностранных дел Турции Хакан Фидан, который сказал, что Анкара не ожидает, что протесты приведут к краху иранского правительства. Выступая по телевидению в субботу, Фидан охарактеризовал нынешние демонстрации как менее масштабные, чем протестное движение 2022 года, хотя ряд иранских аналитиков с этим не согласны и называют их крупнейшими как минимум с 1999 года.
Фидан отметил, что за последние три десятилетия Иран «заплатил высокую цену» за амбициозную региональную и глобальную политику, указав на влияние западных санкций на экономику страны. Он признал, что молодое и образованное население Ирана сталкивается с нарастающим социально-экономическим давлением, подчеркнув, что протесты «посылают очень сильный сигнал режиму».
При этом глава МИД Турции отверг сценарий, при котором беспорядки приведут к смене власти, чего, по его словам, добивается Израиль. Он обвинил внешних игроков в попытках использовать ситуацию, заявив, что Моссад «открыто призывает иранский народ к восстанию».
Турецкие аналитики отмечают, что Анкара стремится к тонкому балансу. По словам главы Центра иранских исследований в Анкаре Серхана Афаджана, Турция признает легитимность многих экономических требований протестующих, но считает, что в последние недели в акциях участились провокации, включая нападения на мечети. Анкара, добавил он, не готова занимать позицию, которую Тегеран мог бы истолковать как поддержку призывов США или Израиля к смене режима.
Опасения Турции во многом носят практический характер. Во время прошлогодней 12-дневной войны между Ираном и Израилем Анкара усиливала пограничную безопасность, опасаясь наплыва беженцев, и, по данным источников, не намерена повторять «открытую дверь» времен сирийской войны. Дополнительную тревогу вызывает фактор курдского радикализма: курдское население Ирана, оцениваемое примерно в 8 млн человек, проживает преимущественно у турецкой границы. Несмотря на мирный процесс с Рабочая партия Курдистана в 2024 году, напряженность сохраняется, а Анкара также настороженно относится к деятельности PJAK, которую считает иранским филиалом РПК.
По словам Джанера, нестабильность в Иране может позволить таким группам расширить влияние и осложнить турецкие военные операции в Сирии и Ираке. Он также указал на рост насилия в районах проживания курдских, белуджских и арабских меньшинств как фактор, усиливающий обеспокоенность Анкары.
В долгосрочной перспективе турецкие власти считают, что для Ирана оптимальным выходом стало бы снижение напряженности с Западом и улучшение отношений с соседями. Фидан заявил, что Анкара поддерживает переговорное урегулирование между Ираном и ключевыми международными игроками, прежде всего США, назвав это необходимым условием региональной стабильности. Он добавил, что Ирану необходимы «подлинное примирение и сотрудничество» с соседними странами, допустив, что турецкий диктатор Реджеп Тайип Эрдоган может сыграть роль в попытке Тегерана скорректировать региональный курс.
