ВАШИНГТОН (ИА Реалист). Верховный суд США, некогда считавшийся сдержанным арбитром конституционных споров, превратился в главную движущую силу радикального переустройства американской государственности.
За последние два года суд с консервативным супербольшинством 6–3 отменил президентский иммунитет от уголовного преследования, разрешил увольнять глав независимых регуляторов без объяснения причин, одобрил депортацию сотен тысяч мигрантов и вплотную подошёл к отмене конституционного права на гражданство по рождению.
Одновременно с этим доверие к суду обрушилось до 43% — и раскололо страну по партийному принципу.
От прецедента 1935 года до «тотального контроля»: суд переписывает правила власти
Главным событием последних дней стало решение по делу Trump v. Slaughter, принятое 29 июня. Суд большинством 6–3 отменил девяностолетний прецедент Humphrey’s Executor v. United States, который с 1935 года защищал глав независимых регуляторных агентств от политических увольнений.
Главный судья Джон Робертс, выражающий мнение большинства, заявил: «Подчинённые, осуществляющие власть президента, подлежат увольнению им. Тогда и только тогда они могут оставаться подотчётными президенту, а президент — народу».
Решение затронуло более двух десятков агентств — от Федеральной торговой комиссии (FTC) до Комиссии по ядерному регулированию, от Комиссии по ценным бумагам и биржам до Комиссии по равным возможностям трудоустройства. Отныне президент может уволить любого руководителя этих ведомств без объяснения причин — лишь на том основании, что тот «нелоялен» или не разделяет его политику.
Судья Соня Сотомайор, зачитавшая особое мнение с трибуны, обвинила большинство в том, что оно «отбрасывает демократический режим в пользу теории тотального исполнительного контроля». «Результат — президент, обладающий гораздо большей властью, чем когда-либо прежде», — заявила она.
Единственное исключение: почему ФРС уцелела
В тот же день суд принял второе решение — по делу Trump v. Cook, которое стало исключением из общего правила. Суд большинством 5–4 заблокировал попытку Трампа уволить Лизу Кук — члена совета управляющих Федеральной резервной системы.
Ключевым аргументом стало нарушение процедуры: Трамп не предоставил Кук возможности оспорить обвинения в мошенничестве при оформлении ипотеки. Главный судья Робертс, возглавивший и это большинство, предупредил о «катастрофах, которые могут возникнуть», если президенты получат возможность навязывать свою волю Федеральной резервной системе.
Как отметил судья Бретт Кавана в особом мнении, «я не стал бы рисковать дестабилизацией экономики США только для того, чтобы мы могли дальше обдумывать вопрос, который в различных вариациях мы обдумываем уже много лет». Сама Кук назвала решение суда победой не личной, а институциональной: «Независимость Федеральной резервной системы необходима для выполнения мандата Конгресса».
Иммиграция, выборы и другие фронты
Расширение власти президента — не единственное направление, где суд перекраивает Америку. 25 июня суд большинством 6–3 разрешил администрации Трампа лишить временного защищённого статуса (TPS) более 350 тысяч гаитян и 6,1 тысячи сирийцев, фактически одобрив их депортацию. Судья Сэмюэл Алито, автор решения, написал, что суды не могут пересматривать решения администрации по TPS.
В тот же день суд поддержал администрацию по вопросу о процедуре рассмотрения запросов о предоставлении убежища. А в феврале суд отклонил попытку Трампа ввести глобальные тарифы на основании чрезвычайных полномочий.
При этом в некоторых вопросах суд ограничивает президента. 29 июня он разрешил 18 штатам подсчитывать бюллетени, полученные по почте после дня выборов — решение, которое Трамп активно оспаривал. Судья Эми Кони Барретт, назначенная Трампом, написала мнение большинства, отметив, что штаты имеют широкие полномочия устанавливать «время, место и порядок» проведения выборов.
Нынешний состав Верховного суда, где шестеро из девяти судей были назначены республиканцами, является наглядным примером того, как результаты президентских выборов формируют высшую судебную инстанцию страны на десятилетия вперёд.
Конституция не устанавливает формальных требований к кандидатам (например, наличие юридического образования или определённый возраст не обязательны). Однако на практике все судьи являются опытными юристами. Президенты обычно выбирают кандидатов, чья идеология близка к их собственной.
Одной из ключевых особенностей является пожизненное назначение. Судьи занимают свою должность, «пока их поведение безупречно», что на практике означает, что они могут работать до самой смерти или добровольной отставки.
Сместить судью можно только через процедуру импичмента. Это призвано обеспечивать их независимость от политического влияния. Средний срок службы судьи составляет около 16 лет, хотя некоторые работают значительно дольше.
Раскол в обществе: суд потерял доверие
Пока суд перекраивает устройство государства, его собственный авторитет в глазах американцев стремительно тает. Согласно опросу, проведённому в мае 2026 года, одобрение работы Верховного суда упало до 46% — с 54% в марте 2025 года. Годом ранее этот показатель составлял всего 43%.
Партийный раскол стал катастрофическим: 78% республиканцев одобряют работу суда, но лишь 17% демократов. Как отмечает Courthouse News, «доверие к суду демонстрирует менее резкую партийную поляризацию, чем Верховный суд, что потенциально предлагает лучшую основу для восстановления легитимности».
При этом 61% американцев считают, что Трамп «почти всегда или в большинстве случаев» выигрывает в Верховном суде. Сенатор-демократ Крис Мерфи заявил: «Верховный суд стал добровольным партнёром в авторитарном захвате власти президентом Трампом».
Верховный суд Соединённых Штатов превратился из сдержанного конституционного арбитра в активного творца политической реальности. За два года консервативное супербольшинство отменило вековые прецеденты, расширило власть президента до беспрецедентных масштабов и перекроило устройство федерального правительства.
Цена этих преобразований — стремительная эрозия доверия к суду и углубление партийного раскола в стране. Вопрос в том, станет ли этот суд инструментом долгосрочной стабильности или же его решения заложат мину под саму легитимность американской судебной системы.
