Война в Иране принесла угольщикам $513 млн в сутки: Россия, Индонезия и Австралия наращивают поставки

СИНГАПУР (ИА Реалист). Война США и Израиля против Ирана, приведшая к фактической блокаде Ормузского пролива и уничтожению ключевых объектов по сжижению газа в Катаре, вызвала крупнейший за последние десятилетия сдвиг на мировых энергетических рынках. 

Поскольку поставки природного газа из Персидского залива оказались под угрозой, страны Азии и Европы в массовом порядке переходят на уголь — самый грязный, но доступный вид топлива.

Рост цен: от $116 до $145 за тонну

По данным на середину апреля 2026 года, котировки эталонного энергетического угля (Newcastle) на ICE превысили $140 за тонну, обновив максимумы с октября 2024 года. С начала боевых действий 28 февраля цены выросли более чем на 20%, а в отдельные моменты достигали $142–145 за тонну.

Европейский эталон API2 с начала конфликта подорожал на 13% до $121/т, а южноафриканский API4 — на 10% до $110/т. Индонезийский уголь марок 4200 ккал/кг с начала войны прибавил 12% и торгуется по $57/т.

Эксперты ожидают дальнейшего роста. Fitch Solutions (BMI) повысил прогноз среднегодовой цены Newcastle на 2026 год с $100 до $115 за тонну, а Morgan Stanley предупреждает, что при сохранении конфликта котировки могут закрепиться выше $130/т.

Азия: газовое голодание толкает на уголь

Азия, особенно Северо-Восточная, оказалась в эпицентре кризиса. Катарский СПГ, который покрывал до 60% потребностей Южной Азии и около 15% Северо-Восточной Азии, практически исчез с рынка после ударов по заводам Ras Laffan.

• Индия, импортирующая около 85% нефти и 50% газа, уже столкнулась с отказом поставщиков газа от участия в летних тендерах. Правительство приказало всем ТЭС работать на полную мощность и готово использовать угольные резервы. Запасы угля на электростанциях составляют 55 млн тонн (на 24 дня), а на складах шахт — ещё 170 млн тонн. Coal India наращивает добычу, но одновременно с этим сталкивается с ростом затрат на взрывчатку на 26% и нитрат аммония на 43% из-за удорожания логистики.
• Япония, где почти 80% угля импортируется из Австралии и Индонезии, решила на год расширить использование угольной генерации, сняв ограничения по загрузке станций, чтобы сократить потребление СПГ (ориентировочно на 500 тыс. тонн в год).
• Южная Корея отменила сезонный лимит загрузки угольных ТЭС в 80%, а также повысила коэффициент использования АЭС до 80%. Согласно Wood Mackenzie, это позволяет Сеулу полностью заместить весь импорт газа из Персидского залива до наступления лета.
• Таиланд перезапустил законсервированные угольные блоки и урезал субсидии на топливо, перекладывая рост цен на плечи потребителей.
• Бангладеш, новое правительство которой ищет $2 млрд на закупку топлива, переводит газовую генерацию на угольную в максимальном режиме.

Европа: отказ от «зелёной» повестки из-за дорогого газа

В Европе цены на газ (TTF) превысили €54 за МВт·ч, что перешагнуло порог в €50, при котором угольная генерация становится экономически целесообразной. Лондонская биржа оценивает возможный рост выработки угольной электроэнергии летом на 20% год к году.

• Германия официально рассматривает продление срока службы законсервированных угольных блоков и их повторный запуск.
• Италия, ранее планировавшая отказаться от угля к 2025 году, теперь сдвинула этот срок до 2038 года и пересматривает условия работы оставшихся мощностей.

По оценкам экспертов, европейский импорт энергетического угля в 2026 году может составить около 30 млн тонн, что станет резким разворотом после многолетнего тренда на снижение.

Сверхприбыли и налоги

Крупнейшие угольные компании отчитываются о рекордных результатах. Австралийская New Hope Corp (владелец шахты Bengalla) за полугодие показала EBITDA в $215 млн, а средняя цена реализации угля выросла до $139 за тонну.

Экологическая организация 350.org уже потребовала ввести «налог на сверхприбыль» для угольных компаний по всему миру. «Война с Ираном обнажает смертельные последствия глобальной зависимости от ископаемого топлива. Производители угля получают огромную прибыль, в то время как правительства откладывают переход на чистую энергию», — заявила исполнительный директор организации Энн Джеллема.

Добыча: экспортёры срывают планы, импортёры наращивают

Мировая угольная промышленность отреагировала асимметрично: экспортёры наращивают поставки, тогда как традиционные гиганты-импортёры пытаются заместить выпадающие объёмы собственным сырьём.

• Индонезия, крупнейший экспортёр угля (около половины мировых поставок), повысила производственные квоты для горняков, чтобы воспользоваться конъюнктурой. При этом страна ввела экспортные пошлины и приоритет для внутреннего рынка (DMO), что может привести к дефициту на мировом рынке и дальнейшему росту цен.
• Австралия наращивает экспорт (в марте — +9% к февралю), однако из-за разрушенных погодой логистических цепочек физические отгрузки коксующегося угля в I квартале сократились на 2% год к году.
• Россия также оказалась в выигрыше: согласно данным CREA, в первые две недели марта страна получала €513 млн в сутки от продажи нефти, газа и угля, что на 8% больше, чем в феврале. Только угольный экспорт принёс казне дополнительные сотни миллионов евро.
• Китай, несмотря на попытки замедлить рост, наращивает внутреннюю добычу. В марте производство сырого угля составило 440 млн тонн (+0% г/г), а за квартал — 1,2 млрд тонн (+0,1%). Однако отраслевые ассоциации прогнозируют рекордно низкий рост добычи в 2026 году (всего +0,7%, до 4,86 млрд тонн), что является самым медленным показателем за десятилетие, из-за перенасыщения рынка и падения рентабельности.

Китай сократил импорт российского угля в январе-феврале 2026 года на 14,3%, предпочитая более дешевых поставщиков из Индонезии и Австралии.

На первой неделе апреля цены на российский уголь в западных портах выросли на 4,2–9,8% (до $135 за тонну) на фоне энергетического хаоса на Ближнем Востоке.