“Газпром” в 2020 году не сможет обойтись без украинской газотранспортной системы для транзита в Европу, поскольку к тому моменту наземная инфраструктура в ЕС еще не будет готова к приему газа “Северного потока-2” (Nord Stream 2). Об этом сообщает газета “Коммерсант”. К концу 2019 года, когда истекает контракт на транзит газа через Украину, “Газпром” сможет прокачать через Nord Stream 2 не более 34 млрд кубометров из проектных 55 млрд кубометров. Таким образом, заключение нового транзитного контракта с Украиной неизбежно.
Какие проблемы стоят перед “Газпромом”? За разъяснениями ИА “Реалист” обратилось к кандидату политических наук Ваге Давтяну:
“Рассмотрение рисков выполнения Россией своих обязательств по поставкам газа в Европу в 2019 г. лишь в контексте некоторых технических проблем “Северного потока-2” – проявление крайне одностороннего, бессистемного подхода. Действительно, есть некоторые основания полагать, что к 2019 г. “Северный поток-2” вряд будет функционировать на полную мощность, прокачивая через себя около 35 млрд куб. м в год вместо проектируемых 55 млрд. И в этом смысле вполне логичны и ожидаемы тиражируемые мнения о том, что “Газпрому” все же придется некоторое время поработать с Украиной – примерно до 2024 г., т.е. до выхода газопровода на полную мощность.
Однако вряд ли в лице “Газпрома” мы имеем дело с компанией, которая складывает все яйца в одну корзину. Сегодня систему поставок российского газа на европейский рынок можно уверенно назвать диверсифицированной. Иными словами – действующие газовые коридоры между Россией и Европой позволяют утверждать, что даже при наличии некоторых технико-организационных проблем, связанных с “Северным потоком-2”, “Газпром” будет и дальше в состоянии выполнять свои контрактные обязательства. Для подтверждения этого тезиса пройдемся по показателям основных газовых магистралей, обеспечивающих выход России на европейский рынок.
Во-первых, действующий “Северный поток” с фактической мощностью около 62 млрд куб. метров с 2012 по 2016 гг. эксплуатировался в среднем на 50% своей мощности, и лишь в 2017 г. этот показатель достиг 90%. Потенциал увеличения поставок по данной магистрали налицо.
Во-вторых, не следует забывать о потенциале газопровода “Ямал-Европа”, проходящего по территории Белоруссии и располагающего фактической мощностью около 35 млрд куб. м. и возможностью дальнейшего расширения. При этом транзитные мощности белорусской газотранспортной системы составляют около 30 млрд куб. м, однако используются лишь наполовину. И это тоже важных фактор, который необходимо учесть при анализе возможностей российских поставок.
В-третьих, не следует обходить стороной также “Голубой поток”, обеспечивающий поставки российского газа в Турцию. Обладая мощностью 16 млрд куб. метров в год, газопровод будет функционировать и после запуска “Турецкого потока”, что значительно увеличит транзитные мощности Турции.
В-четвертых, не менее важную диверсификационную функцию будет выполнять и “Турецкий поток” со своими двумя нитками мощностью по 15 млрд куб. м каждая. При этом одна из ниток, предназначенная для поставок газа в Турцию, будет подключена к греческо-турецкому газопроводу и, таким образом, будет иметь возможность функционировать также в реверсном режиме.
Суммируя все вышеизложенное, а также принимая во внимание активизацию России в сфере производства сжиженного природного газа и его поставок в Европу, можно констатировать, что Москва располагает необходимыми логистическими возможностями для выполнения своих обязательств по поставкам. Другое дело – какой именно сценарий будет выбран Москвой. Не будем забывать, что, в отличие от киевских политиков, руководители украинского “Нафтогаза” порой проявляют больший прагматизм и, невзирая на “стокгольмскую эпопею”, периодически выступают с заявлениями о необходимости наладить диалог с “Газпромом” на предмет прямых закупок российского газа”.
Ваге Давтян – кандидат политических наук, доцент Российско-Армянского (Славянского) университета, специально для ИА “Реалист”
