На вопросы ИА Реалист ответил ведущий Первого канала, основатель издания Sheynin.ru Артем Шейнин.
ИА Реалист: У каждого советского ребенка были свои кумиры или образы, на которые он хотел равняться. Кем мечтал стать в детстве Артем Шейнин?
Артем Шейнин: Вопрос про «кем хотел стать в детстве» зависит от того, каким возрастом определяется/ограничивается «детство». И тем, что, в любом случае, оно состоит из разных этапов (улыбается). Наверное, во многом это «желание» определяется тем, кому ребенок хочет подражать, во что ему нравится играть и, чуть позже, какие книги читать и фильмы смотреть.
На разных этапах «детства» эти склонности могут принимать разные практические проявления. Одним из любимых мест моего детства была детская библиотека им А.М Горького. Кстати, непостижимым образом она сейчас находится в том же месте! До сих пор помню атмосферу читального зала, где я часами зависал над книгами, вдыхая запах книг из абонемента. Я очень любил книги про путешествия…
А лет в 10 моей любимой стала «Книга будущих командиров». Это была книга одновременно и про военную историю (планы и ход сражений) и про дух армии (форма, снаряжение, традиции). А из книг домашней библиотеки в этом же возрасте моей любимой стала многотомная «История дипломатии». Изданная еще до войны, она чудом уцелела дома после ареста деда, в отличие от многих книг, пропавших после обыска.
До войны он был дипломатом и интерес к этим книгам и этой деятельности передался мне от него. На мои предпочтения, кем хочу быть «Книга будущих командиров» тогда оказала чуть больше влияния. Тем более что, помимо чтения, я очень любил склеивать пластмассовые модели, среди которых больше всех нравились мне танки. Хотя склеивал я и самолеты, и корабли, и даже космические аппараты, но ближе сердцу были именно танки. Я много про них читал и знал. Так что лет до 13 я хотел быть танкистом (улыбается).
В 13 лет я начал изучать японский язык во Дворце пионеров на Ленинских горах и влюбился в Японию. Заочно, естественно. И тут «История дипломатии» обошла «Книгу будущих командиров». Хотя не отодвинула ее в сторону совсем. Во что может вылиться сочетание мечты об армии и о дипломатии у подростка?
Конечно! Я захотел стать разведчиком. Собственно и желание поступить в Рязанское училище ВДВ было связано с наличием там, помимо командного факультета, еще и факультета специального… С изучением китайского, арабского, фарси. Как квинтэссенцию предельной армии и мостика в разведку. В училище я не поступил, но мечту о ВДВ реализовал по полной (улыбается). Причем вполне в сочетании с фарси… Но это уже другая история. Не про детские мечты…
ИА Реалист: «Любимая Родина неизменно, несмотря ни на что, рождает и рождает, воспитывает и воспитывает преданных и верных «мальчишей». И с неизменным постоянством продолжает их ломать, корежить, подставлять, бросать и забывать… А они – поколение за поколением – по-прежнему продолжают любить ее, бесстрашно бросаются за нее в бой и, не задумываясь, отдают за нее жизнь. Будто бы не знают и не видят, как получилось с другими «мальчишами», до них… Не прошло и 10 лет после нашего Афгана, как очередная порция «мальчишей» оказалась в Чечне… Уж, казалось бы, ладно мы – дети конца 70-х – начала 80-х, выросшие за железным занавесом и на игле гениальной советской пропаганды. Но уж у парней, взрослевших в конце 80-х – начале 90-х какие могли остаться иллюзии? Их-то что сделало «мальчишами»? И уж в мясорубку-то их кидали почище нашего, и предавали-подставляли, как нам и не снилось… Ан нет – все то же самое», — пишите Вы в своей книге «Мне повезло вернуться». Откуда берутся эти «мальчиши» в таких, мягко говоря, неблагодарных условиях?
Артем Шейнин: Я давно и много думал над ответом на этот вопрос. В разные годы по разным поводам и с разными выводами. Но если суммировать их на сегодняшний день на основе сегодняшнего моего понимания/ощущения, то причина в том, что слова «Отечество» и «Родина-мать» для нас по-прежнему не стали штампами, а наполнены исходным смыслом (как минимум, для многих из нас и, надеюсь, все еще для большинства).
Наше отношение к стране иное, чем у многих народов, с представителями которых я имел возможность это обсуждать. В нашем — больше «родственного», «личного», «кровного». Мы именно дети своей Родины и подсознательно так ее воспринимаем. Можем сколько угодно балбесничать, не слушаться, обижаться, раздражаться…. иногда даже бояться и ненавидеть….. но случись что и, как у Высоцкого: «если Родина в опасности — значит всем идти на фронт».
Между прочим, песня то устами зеков написана — тож не всякий справедливо мог сесть и сидел, но… случись что и «у лагерных ворот, что крест заколочены, надпись: «Все ушли на фронт»».
Разве вспоминаете Вы свои обиды на родителей и их несправедливость, если вдруг они в беде, в опасности, если им нужны, чтобы защитить? Разве вспоминаете, что не те конфеты Вам покупали родители или вещи, или заставляли что-то делать, или наказывали несправедливо?
Думаю, дело именно в этой составляющей архетипа нашего сознания. А оно во многом по-прежнему весьма архетипично в России. В чем есть и свои плюсы и минусы (которые я и обозначил в своем эпиграфе). В отличие от тех же европейцев или американцев, у которых со страной скорее «контракт» со списком «прав и обязанностей договаривающихся сторон».
Типичный пример: никто не изощряется больше нас, жалуясь и обличая недостатки своей страны но….. не дай Бог собеседнику-иностранцу слишком активно с нами согласиться. Рискует огрести по полной (улыбается).
ИА Реалист: Что важнее в жизни — справедливость или любовь?
Артем Шейнин: Странное и по-моему не совсем корректное противопоставление. Считаю, что это две несравнимые параллели. Если отвечать поэтически, то в мире, где царила бы любовь, не было бы места и несправедливости.
ИА Реалист: Критики называют Вас кремлевским пропагандистом, а доброжелатели — «своим парнем на телевидении», который не боится высказывать свое мнение по самым острым общественно значимым вопросам. Кем Вы сами себя считаете?
Артем Шейнин: «Кремлевский пропагандист» — пустой и лживый штамп, придуманный не критиками, а недобросовестными конкурентами в сфере информации и идеологии. Теми, кто склонен опорочить точку зрения, представляющую интересы Российского государства. Теми, для кого априори неприемлемо и ошибочно все, что оно ни делало бы.
И «прогрессивно» и правильно все, что ни делали бы противники России. И это совсем не значит, что Российское государство всегда и во всем безоговорочно право. Но для этих «критиков» неприемлема даже попытка принять сторону России. Собственно, именно этой же группой незаслуженно принижено и негативизировано само понятие «пропаганды». Без которой не живет и не функционирует так или иначе ни одно государство.
В наших условиях тотально извращены понятия «пропаганда» и «журналистика». И многие так называемые «свободные журналисты» являются куда более неистовыми и безоглядными пропагандистами. Просто «пропагандируют» прямо противоположное. Для этого достаточно послушать некоторые наши известные радиостанции (улыбается).
Что касается «своего парня на телеке со своей позицией», то для кого-то я им являюсь именно потому, что действительно стараюсь остаться самим собой.
А считаю я себя телевизионным ведущим, который разговаривает с людьми на понятном языке, не пытаясь делать вид, что обладает неким сокровенным знанием и «приобщенностью к чему то сокровенному и недоступному массам (улыбается).
Я стараюсь рассуждать и задавать вопросы о том, о чем размышляет и задает вопросы та часть общества, с которой я себя ассоциирую. И являюсь востребованным ровно до той степени, до которой таких людей достаточно много.
В чем-то я могу разбираться чуть лучше в силу полученного образования и определенного опыта, в чем-то могу заблуждаться, где-то мы совпадаем, где-то не во всем. Но позиционирование в целом сходное. Эти люди воспринимают меня, а я себя — как их голос.
Кстати, и сайт Sheynin.ru был создан во многом с этой целью — чтобы доносить содержательные моменты студийных обсуждений для тех, кто по тем или иным причинам не смотрит телевизионные политические шоу.
Здесь есть возможность уделить больше внимания сути и содержанию. Исключая важный для ток-шоу элемент «упаковки» в виде споров и возражений. Это как два разных способа доставки одного и того же продукта.
ИА Реалист: Представьте себе, что в руках у Вас оказалась волшебная палочка, которая может исполнить любые три желания. Как бы Вы изменили ею воспользовались?
Ответ на этот вопрос предполагает атеизм отвечающего. Вера в Бога не предполагает даже гипотетически представить себя в Его роли, пусть даже всего на три желания.
ИА Реалист: Есть мнение, что в человеческой жизни работает закон компенсации: со временем за все перенесенные тяготы Господь воздает человеку по заслугам. Согласны с таким утверждением?
Артем Шейнин: Вера не предполагает такого рода «сделки», когда чем больше вытерпел и перенес, тем больше «компенсация». Нам не дано понять, в чем цель выпадающих нам испытаний и в чем причина и истинная суть «приобретений и везений». Иногда первое лишь способ уберечь нас от чего-то куда более ужасного, а второе и есть на самом деле часть непростого испытания…
