Президентские поправки в Конституцию вносятся в интересах самого Владимира Путина, чтобы расширить его полномочия и позволить ему остаться у власти после 2024 года, полагают 47% россиян. Об этом свидетельствуют результаты опроса «Левада-центра». При этом, 44% верят словам главы государства, что поправки необходимы для совершенствования управления страной в интересах населения. 80% опрошенных слышали или знают об инициативе Путина.
Данные соцопроса в беседе с корреспондентом ИА «Реалист» прокомментировал генеральный директор Центра развития региональной политики Илья Гращенков:
«Люди вообще плохо разбираются в законах, так как они написаны сложным юридическим языком и не сразу понятно, что имеется ввиду. Конституция, как нечто самоценное, как основной закон страны, у нас также не воспринимается как достижение народа. В отличие от Франции мы получили ее не в революционной борьбе и в отличие от США, ее не писали какие-то отцы-основатели, заложившие в нее основы протестантской этики и понятных правил игры. Конституция была и в СССР и, например, гарантировала свободу слова. Еще Сталин в беседе с зарубежными правозащитниками посмеивался над теми: «Если вы считаете, что в Советском Союзе нет свободы слова, то вы должны спросить нас – для кого ее нет? Если для рабочих – то она есть и в полной мере, а если для чуждого класса собственников, то, простите – нет и не будет!». Поэтому народ привык, что «закон, что дышло», что «друзьям – все, врагам – закон!» и т.д.
Чего же ждать от правок Конституции? Решили править, значит самим что-то нужно, а что еще может понадобится Путину, кроме удержания власти на пожизненный срок? Поэтому общество и поляризовалось, на условные «пополам», те, кто верит телевизору и считает, что если прописать в Конституции что-то вроде «народ России теперь живет счастливо и богато», то эта норма тут же материализуется. И есть часть тех, кто верит не телевизору, а происходящему за окном, где все воруют, работы нет, цены растут. Понимая, что все происходящее, – система во главе которой стоит первое лицо, люди понимают, что от любых поправок в основной закон может выиграть кто угодно, но только не они – простые люди.
При этом очевидно, что Конституцию у нас мало кто читал. Она тоненькая книжечка, но и ее почти никто, кроме студентов юрфаков, у нас не осилил. А зачем? Вот, помнится, одна девушка пришла куда-то, в какое-то «присутственное место» и начала там читать статьи Конституции. Так ее быстро повязали бойцы Росгвардии, так как им показалось, что озвученные ею статьи основного закона РФ звучат как призывы против власти. Может быть, именно поэтому власть и вносит поправки, что бы новая Конституция не оскорбляла слух гвардейцев? Да нет, в целом-то она сохранит прежние контуры, внесут лишь необходимые уточнения и расширят трактовки. Поэтому вряд ли кто-то обратит внимание на то, как изменится Конституция Путина по сравнению с Конституцией Бориса Ельцина. Для простого человека все рано ничего не изменится и это, в сущности, правда.
«Левада-центр» фиксирует рост ответов, что изменения Конституции позволит главе государства контролировать Госдуму. В принципе, так оно и есть, однако эти усиления не слишком масштабные. Люди вообще понимают Конституцию не как некий закон законов, главенствующий над всеми остальными, а как свод правил, как список привилегий, схожий скорее, со средневековой британской Хартией Вольностей. Отсюда и попытки вписать в нее какие-то нормы, вроде «достойной пенсии», «статуса державы-победителя», «казачьей полиции» и т.д. Т.е. в сознании опрашиваемых вполне сочетается право президента разогнать Госдуму и правительство, с правом рядового россиянина получать пенсию, привязанную к фиксированной «минимальной зарплате», которая гарантирует ему условная потребительская корзина – столько-то грамм хлеба, мяса, оплату услуг ЖКХ. Но это не «правила игры», а скорее тот самый «социальный договор», о котором так много говорят в последние годы. По крайней мере, власть так презентует Конституцию с поправками в нее, а народ, в общем-то, понимая, что происходит, готов согласиться и на эти условия».
Илья Гращенков – генеральный директор Центра развития региональной политики, специально для ИА «Реалист»
