Правящая в Великобритании Консервативная партия впервые оказалась ниже в рейтинге популярности, чем партия Brexit, которую возглавляет евроскептик Найджел Фараж. Об этом свидетельствуют итоги опроса, проведенного социологической службой ComRes, опубликованные в воскресной газете The Sunday Telegraph.
По данным исследования, партию Brexit поддерживают 20% респондентов, а консерваторов – только 19%. Это худший показатель за всю историю существования тори. Первое место в рейтинге с 27% поддержки занимает оппозиционная Лейбористская партия. На четвертой строчке с 14% расположились проевропейски настроенные “Либеральные демократы”.
Результаты соцопроса корреспонденту ИА “Реалист” прокомментировал директор Института региональных проблем Дмитрий Журавлев:
“Лейбористская и Консервативная партии – традиционные политические силы в Великобритании. Из них лишь одна сохранила лидирующие позиции в рейтинге. Консерваторы же существенно сдали. Новые партии Brexit и “Либеральные демократы” получили дополнительные проценты. Налицо поляризация избирателей – новые партии имеют четкую позицию по отделению от Евросоюза: Brexit выступает “за”, а либерал-демократы – “против”.
Почему так получилось?
Причина лежит на поверхности. Это затянувшийся развод с Европой, который никак не удается ни закончить, ни отменить. В свою очередь он создает массу проблем для рядовых жителей Британии. Естественно, им хочется увидеть хотя бы какой-нибудь результат – лучше кошмарный конец, чем кошмар без конца. Это объединяет и сторонников, и противников развода с Европой в их отрицательном отношении к правящей партии. Что нашло отражение в результатах опроса.
Более того ситуация усугубляется позицией лидера консерваторов Терезы Мэй. Она не скрывает, что осуществляет развод, но не считает это решение верным. Такая двойственность создает у части избирателей ощущение, что причина проволочек не в объективных трудностях, а в субъективном нежелании госпожи Мэй закончить дело. Это настраивает людей против консерваторов и заставляет их поддерживать те партии, которые имеют четкую позицию по данному вопросу. Как показывает опрос, консерваторы практически догнали бы лейбористов (26% против 27%), а популярность партии Brexit упала бы вдвое – до 10%, если бы во главе тори стояла не Мэй, а более евроскептически настроенный экс-глава МИД Великобритании Борис Джонсон, чья позиция кажется избирателям более ясной и четкой. Он уже заявил, что готов побороться за пост главы Консервативной партии после ухода с этого поста премьера Терезы Мэй.
Откуда же берется нечеткость позиций? Она не случайна. Это результат той политической системы, в которой главная и единственная задача партий – борьба за власть и удержание власти, когда идеология перестала иметь значение. В результате идеологические различия между партиями полностью стерлись: попробуйте отличить социалистов от голлистов во Франции, а ХДС от СДПГ в Германии. На смену политическому театру пришел политический цирк, что привело к снижению интереса и доверия избирателей к политическим партиям. В спокойной обстановке такая ситуация не имела бы развития. Однако с появлением проблем избиратель стал искать идеологические партии и политиков-идеологов. Именно с этим связан успех Марин Ле Пен и феномен Эммануэля Макрона во Франции, правой партии “Альтернатива для Германии” и “Лиги Севера” в Италии. Да и президент США Дональд Трамп тоже отличается четкой и простой позицией.
В месте с проблемой выхода из Европейского союза запрос на идеологическую политику пришел и Великобританию. Лейбористы ответили на него сразу. Появился Джереми Корбин – человек с четкой идеологической позицией. Консерваторы такого лидера не нашли, похоже, что и не искали. Результат их недальновидности виден в опросе.
Мы присутствуем при кризисе партийной системы, а политический процесс в Великобритании –лишь часть этого кризиса. Не случайность, а закономерность”.
Дмитрий Журавлев – директор Института региональных проблем, cпециально для ИА “Реалист”
