АНКАРА (ИА Реалист). Союзник турецкого правительства по правящей коалиции — Партия националистического движения (МНР) — активизировал призывы к стратегическому сближению Турции с Россией и Китаем. Эта идея стремительно превращается в один из самых значимых внешнеполитических споров в политических кругах Анкары.
Новый импульс инициативе придал лидер МНР Девлет Бахчели, близкий союзник главаря турецкого режима Реджепа Эрдогана, а также другие высокопоставленные партийцы. Речь идёт не просто о риторическом антизападном позиционировании — по мнению аналитиков, этот проект связан с долгосрочными стратегическими ожиданиями партии в преддверии выборов 2028 года.
Визит в Москву и «синергия» структур
Дискуссия обострилась после того, как заместитель председателя МНР Ильяс Топсакал раскрыл, что в марте 2026 года по прямому указанию Бахчели съездил в Москву, где продвигал идею партнёрства Турции, России и Китая на встречах с российскими политиками, чиновниками и интеллектуалами.
По словам Топсакала, МНР добивается от правящей коалиции не министерских постов, а «принятия программы сотрудничества с Россией и Китаем» в качестве ключевого политического ожидания на пути к 2028 году.
План МНР предполагает создание «синергии» между такими организациями, как Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), Содружество независимых государств (СНГ), Организация Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) и Организация тюркских государств. Эта идея перекликается с давно продвигаемой президентом России Владимиром Путиным концепцией «Большого евразийского партнёрства».
Примечательно, что Топсакал назвал традиционный пантюркистский взгляд партии на постсоветское пространство «романтичным» и «более не актуальным», выступив вместо этого за «синергию между Русским миром и Тюркским миром».
Бахчели: против «оси зла» США и Израиля
Бахчели впервые публично предложил ось Турция – Россия – Китай ещё в сентябре 2025 года, призвав к такому альянсу против «коалиции зла» во главе с США и Израилем. Позже он расширил концепцию, предложив создать «Всемирный совет мира» с участием Турции, США, России и Европейского союза.
«В этих условиях мы предлагаем, чтобы по призыву генерального секретаря ООН Антониу Гутерриша США, Россия, Китай, Турция и Европейский союз выработали новый механизм под названием «Всемирный совет мира». Мы считаем, что Турция могла бы стать местом проведения такой инициативы», — заявил Бахчели.
Нынешний всплеск активности пришёлся на момент углубления глобальной напряжённости после войны на Ближнем Востоке и расширения конфликта с участием Ирана, США и Израиля.
Резкая критика оппозиции
Предложение вызвало жёсткую реакцию со стороны оппозиции, прежде всего лидера партии İYİ Мусавата Дервишоглу.
«Турция не будет ни субподрядчиком Москвы, ни рынком для Пекина, ни предлогом для войны Нетаньяху, ни игровой доской для внутренних авантюристов», — заявил Дервишоглу в своём выступлении. Он также обвинил Бахчели в отказе от идейного наследия основателя партии Алпарслана Тюркеша.
«Да убережёт Аллах от невыносимой лёгкости бытия, когда в юности учишься в школе Алпарслана Тюркеша, а в старости занимаешься политикой по линии Догу Перинчека», — сказал Дервишоглу, имея в виду ветерана турецкой политики Догу Перинчека, который давно выступает за стратегический альянс с Россией и Китаем.
Ответ МНР: реализм, а не идеологический дрейф
Официальные представители МНР быстро отвергли критику. Генеральный секретарь партии Исмет Бююкатаман заявил, что мировоззрение Бахчели проистекает из «правильного прочтения глобальных реалий», и обвинил критиков в непонимании стратегических трансформаций в международной политике.
Почему это важно
Пока неясно, перерастёт ли предложение МНР в реальную политику, но сам факт его выдвижения значим по нескольким причинам.
Во-первых, время: инициатива возродилась в один из самых нестабильных периодов в области региональной безопасности за многие годы — после войны США и Израиля против Ирана, провала дипломатических усилий в Исламабаде и нарастающих дебатов о возможности прямого столкновения между Турцией и Израилем.
В турецких стратегических кругах война усилила давние опасения, что в гипотетическом конфликте между Турцией и Израилем Вашингтон, скорее всего, встанет на сторону Израиля. Это ставит под вопрос надёжность западных союзов Турции и её пространство для манёвра.
Кроме того, дискуссия разворачивается на фоне возобновившейся неопределённости в отношении трансатлантической архитектуры безопасности после многократных заявлений президента США Дональда Трампа, ставящих под сомнение приверженность Вашингтона НАТО и угрожающих сократить или отменить поддержку альянса.
Для многих в стратегическом сообществе Анкары такая риторика усилила озабоченность тем, что Турции, возможно, придётся готовиться к менее надёжному западному «зонтику безопасности» в ближайшие годы.
На этом фоне призыв МНР к более тесному сближению с Россией и Китаем преподносится не просто как идеологическая риторика, а как ответ на меняющуюся геополитическую среду, в которой Анкара может попытаться диверсифицировать свои стратегические партнёрства и застраховаться от стратегической изоляции.
Противоречия и нестыковки
Турция остаётся членом НАТО, и её военная инфраструктура тесно связана с альянсом. Даже если Анкара захочет развернуться к России и Китаю, это потребует разрыва с Западом, что экономически и военно-политически самоубийственно для Турции.
Москва и Пекин вряд ли увидят в Анкаре равноправного партнёра. Россия уже десятилетиями доминирует в «Русском мире», а Китай строит свои экономические коридоры, не делясь влиянием. Предложение «синергии» может обернуться для Турции ролью младшего партнёра — или даже придатка.
Независимые эксперты отмечают, что МНР, теряющая электоральную поддержку, пытается таким образом сохранить рычаги давления на Эрдогана. Сама постановка вопроса об альянсе с Россией и Китаем — не более чем торг перед выборами. Москва, скорее всего, воспримет эти заявления как сигнал, но не станет вкладывать ресурсы в сомнительный проект.
