Иран хранит 42 млн баррелей на устаревших танкерах в Персидском заливе

ТЕГЕРАН (ИА Реалист). Иран вынужден хранить нефть на устаревших танкерах, стоящих на якоре в Персидском заливе, поскольку американская морская блокада серьёзно ограничила возможность Тегерана экспортировать сырьё на Дальний Восток.

По данным организации «Объединённые против ядерного Ирана» (UANI), в настоящее время в Персидском заливе находится около 39 танкеров с иранской нефтью и нефтехимией. Для сравнения: до вступления блокады в силу 13 апреля их было 29. Особенно заметное скопление судов наблюдается у нефтяного экспортного терминала на острове Харг.

Кроме того, FT и UANI идентифицировали ещё 13 подозрительных танкеров, стоящих на якоре у иранского порта Чабахар в Оманском заливе, на восточной стороне Ормузского пролива, прямо у теоретической линии блокады, установленной ВМС США.

Блокада работает: суда не могут прорваться

Скопление танкеров наглядно демонстрирует эффективность американской блокады. Её заявленная цель — подвергать любые иранские суда или суда, подозреваемые в перевозке иранских грузов, «посещению, досмотру, обыску и захвату» со стороны ВМС США. Таким образом Вашингтон пытается перекрыть нефтяные доходы Тегерана.

Эта блокада стала очередным витком в противоречивой политике Белого дома в отношении иранской нефти. Конфликт уже затягивается на 11‑ю неделю.

В марте, опасаясь резкого скачка мировых цен, США предоставили 30-дневное послабление для иранской нефти, которая уже находилась в море. До начала американо-израильских ударов Иран экспортировал от 40 до 60 млн баррелей нефти в месяц — около 2% мировых поставок, используя флот старых танкеров, которые в основном обслуживали азиатские НПЗ.

Однако, поскольку Иран не собирался открывать Ормузский пролив и продолжал получать огромные прибыли от торговли, США в апреле ужесточили меры: ввели полную морскую блокаду и приказали задерживать суда, торгующие иранской продукцией по всему миру.

Центральное командование США (CENTCOM) с момента введения блокады сообщило о «перенаправлении» 72 судов обратно в иранские порты и о выводе из строя четырёх.

Cтарые танкеры возвращаются в строй

Эффект от блокады — иранская сырая нефть оказалась в ловушке. Тегерану пришлось вернуть в строй старые танкеры и использовать их для хранения нефти прямо в море.

Например, 30-летний супертанкер, который, по данным аналитиков, не использовался более двух лет, в конце апреля начал подавать сигналы о своём местоположении в Персидском заливе.

Юи Ториката, аналитик компании Kpler, отметила, что количество иранской нефти на танкерах в Персидском заливе находится на «самом высоком уровне с начала конфликта и остаётся повышенным с начала мая».

По данным Kpler, 42 млн баррелей иранской нефти сейчас находятся на танкерах на Ближнем Востоке — рост на 65% с начала конфликта.

Антуан Хальф, главный аналитик энергетической компании Kayrros, заявил, что Иран пытается «расширить взлётную полосу», чтобы избежать остановки добычи. Согласно данным Kayrros, наземные хранилища Ирана увеличились примерно на 10 млн баррелей, заполнившись примерно на 64%, что даёт стране «ещё пару недель» времени для продолжения добычи.

По оценкам Kpler, у Ирана есть ещё пустые танкеры внутри зоны блокады, которые могут быть использованы для дополнительного хранения около 24 млн баррелей.

Cкопление у острова Харг

Наиболее резкий рост числа стоящих на якоре танкеров произошёл у острова Харг — главного экспортного хаба Ирана на севере Персидского залива. Согласно анализу FT, проведённому на основе данных спутников Европейского космического агентства (ESA) Sentinel‑1, сейчас там находятся 20 судов — по сравнению с шестью месяц назад.

Это увеличение не отображается в обычных судоходных данных, потому что суда не передают свои координаты. Спутники Sentinel‑1 работают иначе: они посылают радиолуч на землю и принимают отражённый сигнал.

ESA — один из немногих источников спутниковой информации, которые сейчас свободно доступны для этого региона, поскольку американские коммерческие поставщики спутниковых снимков, доминирующие на рынке, ограничили доступ к изображениям региона по просьбе правительства США.

Однако, по данным морского аналитика Windward, ни один танкер не загружался на Харге в период с 6 мая (когда спутник зафиксировал большое нефтяное пятно у терминала) по 14 мая. Спутниковые снимки показывают, что пятно с тех пор распалось и рассеялось к югу и юго-западу от острова.

Попытки прорыва: неэкономичный маршрут

Немногим судам удаётся прорвать блокаду. Один из них — иранский танкер Huge, загрузившийся на Харге 31 марта и вышедший из Оманского залива 14 апреля. Однако, по данным UANI, он выбрал неэкономичный маршрут, чтобы, по‑видимому, избежать встречи с американскими военными кораблями: прошёл через индонезийский пролив Ломбок и направился к Китаю. Обычно иранские танкеры идут через Малаккский пролив на якорную стоянку у берегов Малайзии, где перегружают нефть на китайские танкеры.

Цены на нефть

Цены на нефть за 18 и 19 мая показывают крайне волатильную картину: рынок продолжает реагировать прежде всего на кризис вокруг Ирана и Ормузского пролива, а также на сигналы о возможном возобновлении или срыве переговоров между Вашингтоном и Тегераном. К утру 19 мая марка Brent стоила около $109,5–110,8 за баррель, а WTI — около $102–103 за баррель.

Инвесторы начали учитывать несколько факторов:

— заявления Дональда Трампа о возможной отсрочке военных действий против Ирана;
— продолжение дипломатических контактов;
— нефтяные послабления для части поставок российской нефти;
— ожидания публикации данных по запасам нефти в США.

Аналитики ING и ряда энергетических компаний отмечают, что рынок сейчас оценивает не текущий дефицит, а риск возможного выпадения крупных объёмов поставок. По отдельным оценкам, под угрозой могут оказаться до 14 млн баррелей в сутки ближневосточного экспорта.