ДОХА (ИА Реалист). Катар, второй в мире экспортёр сжиженного природного газа, спустя полгода после начала войны с Ираном восстанавливает экспортные маршруты с помощью нестандартных методов. От «скрытных» проходов с выключенными транспондерами до перевалки грузов с борта на борт к востоку от Ормузского пролива и использования старейших судов флота для разведки маршрутов — Доха переписывает правила торговли СПГ.
Ормузский тупик
После ударов США и Израиля по Ирану в конце февраля Ормузский пролив быстро стал линией фронта. Этот узкий водный путь обеспечивает около пятой части мировых поставок СПГ, и почти весь экспорт Катара зависит от него. В конце июля катарское судно с СПГ было поражено ракетой за пределами пролива, после чего экспорт из Катара практически полностью остановился.
К августу Катар оказался в двойном тупике: клиенты, испытывающие энергетический дефицит, усиливали давление, а экономика, основанная на стабильных поставках, испытывала всё большую нагрузку. Именно в этих условиях руководители QatarEnergy обратили внимание на одно из старейших судов флота — «Al Rayyan».
Тактика скрытного прохода
«Al Rayyan» построен в 1997 году, его возраст — почти 30 лет. В нормальных условиях его бы включили в список на продажу или утилизацию. Но в военных условиях это старое судно с паровой турбиной стало подходящим инструментом для пробных рейсов.
По данным Bloomberg, основанным на интервью с более чем десятью брокерами, сотрудниками компаний, членами экипажей и аналитиками, Катар и национальная нефтяная компания соседних ОАЭ ADNOC начали применять методы, привычные для «теневого флота» в нефтяной отрасли: суда выключают транспондеры перед входом в Ормузский пролив, идут через воды, контролируемые Ираном, с минимальной видимостью, иногда парами для снижения риска. В мае как минимум четыре катарских судна прошли таким образом.
Изменился и состав экипажей. Капитаны и моряки, не желающие рисковать проходом через пролив, были заменены; судоходные компании нанимали новых людей за повышенную плату. В одном случае катарское судно наняло персонал через индонезийское кадровое агентство, которое ранее поставляло экипажи для судов, перевозивших подсанкционный российский СПГ.
Перевалка с борта на борт
Помимо скрытных проходов, Катар и ОАЭ начали перевалку грузов с борта на борт к востоку от пролива. Небольшие недорогие танкеры направляются в пролив для загрузки, а затем в Оманском заливе перекачивают СПГ на крупные суда, снижая риск ракетного удара по дорогим газовозам.
Судно «GasLog Shanghai» греческой судоходной компании GasLog в конце июля вышло из Ормузского пролива и осталось у побережья Омана. Загрузившись в промышленной зоне Рас-Лаффан в Катаре, оно в конце августа осуществило перевалку на «GasLog Savannah» у берегов Омана. Другое судно QatarEnergy — «Tembek» — в середине августа также доставило груз в индийский терминал Dahej через перевалку.
Двойное назначение старого флота
Катар разбирается со старейшей частью своего флота. QatarEnergy выставила на продажу 10 газовозов типа Moss с паровыми турбинами возрастом от 26 до 30 лет, включая «Al Khor», «Al Zubarah», «Al Wajbah», «Al Rayyan» и другие. Эти суда построены в 1996–2000 годах в Японии и когда-то выполняли первые экспортные рейсы катарского СПГ. В январе 2022 года, после истечения 25-летних контрактов, QatarGas выкупила эти суда у японских судовладельцев.
Шесть из них сейчас простаивают или законсервированы на якоре в Брунейском заливе у восточного побережья Малайзии. В нормальных рыночных условиях эти низкоэффективные старые суда скорее всего были бы отправлены на утилизацию.
Но в военных условиях их судьба получила другой поворот: они могут стать недорогим инструментом для разведки ормузских маршрутов, даже если будут повреждены — финансовые потери будут невелики.
Долгосрочная стратегия не остановлена
Несмотря на краткосрочные перебои с экспортом, долгосрочная стратегия Катара не изменилась. В рамках расширения Северного месторождения QatarEnergy постепенно получает 128 новых газовозов с долгосрочными контрактами. Компания планировала к началу 2030-х владеть или управлять примерно 200 судами СПГ — это стратегическое решение остаётся ядром её стремления к доминированию на рынке.
Тем временем проект Golden Pass в США (доля QatarEnergy — 70%) уже запущен. Его мощность в 12,6 млн тонн коммерческого СПГ в год примерно соответствует потерям двух повреждённых производственных линий в Рас-Лаффане.
Ответ Катара отражает более глубокий сдвиг: торговля СПГ когда-то была одним из самых прозрачных сегментов энергетики — грузы отслеживались от экспортного терминала до порта назначения.
Но война с Ираном меняет эту модель. Когда Ормузский пролив становится рискованным коридором, второй в мире экспортёр СПГ выбирает методы из «серых зон» нефтяной отрасли.
В краткосрочной перспективе частичное восстановление экспорта Катара помогает ослабить напряжённость с поставками для покупателей в Азии и Европе.
Индия, Пакистан и Бангладеш были вынуждены искать альтернативные поставки на спотовом рынке по цене, почти вдвое превышающей катарские долгосрочные контракты.
Но долгосрочные последствия сложнее. Даже если Ормузский пролив восстановит судоходство, около 17% мощностей в Рас-Лаффане остановлены из-за повреждений, и восстановление может занять годы.
Огромный заказ Катара на новые суда (в 2026–2027 годах ожидается поставка около 45–55 новых газовозов) сталкивается с риском избыточных мощностей, поскольку восстановление добычи может идти гораздо медленнее расширения флота.
Аналитики отмечают, что Катар благодаря чрезвычайно низкой себестоимости, гибкости ценообразования, межправительственным связям с клиентами и глубоким финансовым ресурсам всё ещё может стать одним из долгосрочных выигравших от этого кризиса.
Но всё это при условии: Ормузский пролив должен оставаться надёжно проходимым, а негласное взаимопонимание между Дохой и Тегераном по месторождению Северное — Южный Парс должно сохраняться.
