Партия президента Франции Эмманюэля Макрона “Вперед! ” одержала победу на парламентских выборах, получив 32,32% голосов. Второе место заняла партия “Республиканцы”, набрав 21,56% голосов, третье место занял альянс “Непокоренной Франции” с Французской коммунистической партией с 13,74% голосов. “Национальный фронт” Марин Ле Пен получил всего 13,2%. Для прохода во второй тур нужно получить более 12,5% голосов.
Итоги первого тура парламентских выборов в беседе с Экспертной трибуной “Реалист” подвел кандидат исторических наук, франковед Игорь Игнатченко:
“Ещё месяц назад было довольно сложно подумать о том, что партия Эммануэля Макрона “Вперед, республика!” выиграет в первом туре. Здесь нужно иметь ввиду очень низкую явку французских избирателей на этих парламентских выборах. С одной стороны, французы разочаровались в текущей политической системе. С другой – победа Макрона на этих парламентских выборах скорее всего была обусловлена разочарованием французов в традиционных политических партиях, традиционных левых и правых.
Социалистическая партия, которая последние пять лет была у власти, набрала где-то 7% в первом туре – это просто абсолютнейший провал, что уж говорить о каком-то будущем этой партии. Что касается правых, партии “Республиканцы”, то, безусловно, сразу после президентских выборов предполагалось, что Республиканцы могут быть одними из главных фаворитов на этих парламентских выборах, и неслучайно после победы Франсуа Фийона на праймериз ещё в 2016 году, считалось, что именно Республиканцы могут возглавить страну. После коррупционного скандала и провала Фийона на президентских выборах, все равно казалось, что партия Республиканцев сможет и без него добиться существенных успехов на парламентских выборах. На мой взгляд, в этой ситуации команда Макрона совершила очень продуманный шаг. Они выбрали грамотную стратегию, когда назначили представителя партии республиканцев Эдуара Филиппа премьер-министром, тем самым расколов партию республиканцев. Левый фланг этой партии, который был близок Макрону по политическим взглядам, встал на его сторону. Макрон протянул руку дружбы, руку примирения, и многие республиканцы посчитали, что они должны использовать этот шанс.
С одной стороны, правое крыло республиканцев отказывалось идти на какие-то компромиссы с Макроном, понимая, что они могут потерять собственное лицо. С другой стороны, партия республиканцев, которую можно было изначально рассматривать как фаворитов на парламентских выборах, находилась в сложной ситуации, потому что тот же Фийон после поражения призывал всех сторонников голосовать за Макрона. Тут традиционные правые оказались заложниками ситуации и собственных запросов. Единственная партия, которая могла претендовать на успех на выборах, в какой-то степени провалилась, в то же время второе место – это очень неплохое достижение для них.
Что касается “Национального фронта” Марин Ле Пен, то особенность этих парламентских выборов и процедуры голосования заключается в том, что для достижения успеха на парламентских выборах, нужно иметь союзников. А союзников у Марин Ле Пен не было. Она лишилась своего последнего союзника в лице Николя Дюпон-Эньяна, который сразу после проигрыша Ле Пен порвал с ней прежние соглашения и выступил отдельно. В принципе, такая же ситуация была и с Жан-Люком Меленшоном, который набрав 20% голосов на президентских выборах, стал своеобразным открытием, но на парламентских выборах это ему не помогло. Как и всем, ему и его партии было необходимо заручиться поддержкой других политических группировок. Никто не пошёл на союз Меланшоном, нельзя исключать и того, что это произошло в силу отказа Меланшона поддерживать Макрона во втором туре президентских выборов. Здесь как раз ситуация заключается в том, что успех Макрона был обеспечен слабостью его конкурентов.
Сейчас на политическом ландшафте Франции нет какой-либо сильной партии, которая могла бы предложить мощную альтернативу и заручиться союзниками. Этой партией могли бы стать Республиканцы, но команда Макрона сделала грамотные шаги, чтобы расколоть своих главных конкурентов накануне парламентских выборов. Макрон себя позиционирует как человека, который собирается примирить разные Франции. Думаю, все это будет происходить до первых сложных шагов, которые будет принимать Макрон в плане внутриполитических и социально-экономических изменений и реформ, тогда конечно многие могут разочароваться в нём. Несмотря на то, что многие французы по опросам выступали против максимального усиления Макрона, в том числе и на парламентских выборах, всё-таки многие пошли за него голосовать. Все это происходило на фоне исключительно низкой явки избирателей. Французы вообще разочаровались в выборах и в политических партиях.
В целом после ухода французского политического тяжеловеса Жака Ширака пришел правый правоцентрист Николя Саркози, который сейчас находится в партии Республиканцев. Его пятилетний срок не обновил Францию, не стимулировал экономическое развитие. Франция разочаровалась в правоцентристской классической правой традиции. Она выбрала Франсуа Олланда. В 2012 году разрыв между Олландом и Саркози был небольшим. Французы надеялись на то, что левоцентристская левая альтернатива приведёт Францию к успеху. Прошли годы правления Олланда, и ситуация ещё больше ухудшилась. Французы попробовали и правоцентристов, и левоцентристов классических партий, но разочаровались и в тех, и в других. Им нужно было что-то новое, и они увидели новое в Макроне.
У Эммануэля Макрона есть исторический шанс. За пять лет заставить французов поверить в партии, в политическую систему, вернуть доверие к европейским политическим институтам. Если этого не произойдёт, то, вероятно, что в 2022 году можно ожидать дуэль Марин Ле Пен и Меланшона. Рост популистских настроений уже сейчас наблюдается во Франции и в целом в Европе. Если классические и квазиклассические политические движения и партии не смогут справиться с теми вызовами, которые сейчас стоят перед Францией, то через пять лет во французском обществе будет глубочайшее сползание в популистские радикальные настроения”.
Игорь Игнатченко – кандидат исторических наук, франковед, доцент Института общественных наук, заведующий кафедрой всеобщей истории РАНХиГС (2014-2016 гг.), специально для Экспертной трибуны “Реалист”
