«Помешались на старцах… Какие там Василий Великий, Иоанн Златоуст… Вот отец Василий, отец Иоанн – это да». Так еще в начале 1980-х годов сетовал один мой знакомый, калужский священнослужитель. С тех пор много воды утекло, полувоцерковленных людей притекло еще больше, – и для некоторых из них поездка к далекому старцу за предсказанием или «чудодейственной» молитвой стала значить гораздо больше, чем участие в жизни своей, местной церковной общины. Особенно удивляет, когда человек высокомерно относится к приходу, где его нравственные плюсы и минусы хорошо знают, но считает достаточным посещение Афона пару раз в год. А там один старец благословит жениться, второй – развестись, если надо…
Истинное старчество – феномен великий. Вспомним оптинских преподобных, изменивших не одну жизнь. Или старцев-мучеников ХХ века, которые иногда жили в убогих избах, не имели возможности служить в храме, но собирали тысячи паломников. И лучшие из духовных наставников – например, отец Кирилл (Павлов) – никогда не насиловали волю людей, приходивших к ним за советом, а скорее объясняли, какие последствия принесет тот или иной шаг. А жестких «предсказаний» будущего вообще не делали. Ведь не случайно Господь сокрыл от нас грядущее – иначе мы стали бы откладывать покаяние и добрые дела «на потом».
«Судьбы» нет – есть свобода, растворенная ответственностью. Но есть и Божие воздействие на нас. Если мы чувствуем его и принимаем, если повинуемся Божией воле – будущее наше может измениться в лучшую сторону, и никакие «предсказания» не будут актуальны. Другое дело, что опытный старец может видеть и забытые грехи человека, и скрытые духовные проблемы. Впрочем, многие сегодня желают «моментального» разрешения своих трудностей и твердого знания о будущем – без труда, без личного обращения к Богу, только по молитве другого человека. И это не по-христиански.
К старцам едут самые разные люди – богатые и бедные, простые и власть имущие. Кому-то, конечно, в диковинку, что попадаются среди них и министры с депутатами, которым иногда уделяется больше внимания, чем прочим. Однако и Христос, и апостолы по-особому относились к тем, чье влияние распространялось на многих людей. Петр пошел в дом к центуриону Корнилию – хотя тот был язычником, да еще и представителем оккупационной власти, то есть лицом для иудеев малосимпатичным. Иисус долго беседовал с Никодимом – членом синедриона, и тот стал Его учеником – сначала тайным, потом открытым. Приходил Христос и в дом Закхея – нечестного сборщика оккупационных налогов, то есть человека по определению «нерукопожатного» для высоконравственной и патриотичной общественности. Евангелие сохранило следы ее возмущения.
Подобного рода возмущение мы слышим и сейчас. Но люди будут и дальше ездить к старцам, а те их принимать. Главное только – чтобы для любого человека, власть имущего или простого, старцы не заслоняли Христа. Ведь главный наш учитель – Он. Через Свое слово, то есть Писание и Предание.
Протоиерей Всеволод Чаплин, специально для ИА «Реалист»
