“Реалист”: В результате взрывов в Африне погибло порядка 18 турецких военных. Параллельно Турция проводит операцию на севере Ирака против Рабочей партии Курдистана. Что на самом деле там происходит? Насколько это коррелирует с нарушениями прав человека?
Икбаль Дюрре: Вы довольно точно обрисовали ситуацию. Так и происходит. Начнём с того, что сдача Африна без боя была неожиданностью для многих. Изначально бойцы Сирийских демократических сил собирались бороться с турецкой армией, но потом вдруг отказались. Почему так произошло? Подобные вещи не проходят без посредничества каких-либо третьих сил и определенных договоренностей. О каких договорённостях может идти речь?
Моё субъективное мнение состоит в следующем. Курды не передали Африн сирийской армии. Де факто передали турецкой армии. Что это означает? Имеет место очень интересный процесс. Восточный берег Евфрата был под контролем США, а западный берег – под контролем России, куда и входит Африн. Если бы запад Евфрата в зоне ответственности России и под фактическим контролем курдов, никогда американцы не смогли бы туда войти. Потому что это означало бы прямое столкновение с Россией. А теперь, когда там будет турецкая армия, коалиции во главе с США будет проще со временем взять Африн.
Не исключено, что американцы могли советовать курдам вести себя подобным образом – оставить город без боя. Курдская сторона объясняет, что они не хотели, чтобы погибло много мирных жителей. В этом тоже есть доля правды.
А то, что в Иракском Курдистане происходит, как говорят журналисты, если собака укусила человека – это не новость, а если человек укусил собаку – это новость. Турецкая армия часто проводит там такие операции. Это очередная попытка Анкары на фоне некого успеха в Африне. Изначально турки заявили о начале большой операцией вместе с иракской армией, но Багдад отказался поддержать данную операцию. Пока операция не носит масштабный характер. Однако её охват может резко увеличиться, если турецкая армия войдёт в Синджар. Это будет более серьёзная операция. Турецкая армия объявила, что может также войти в Кандиль, но район Кандиля очень сложный. Не думаю, что там можно будет добиться большого успеха. А в Синджаре ситуация может приобрести очень интересный оборот.
“Реалист”: Синджар – это же один из крупнейших центров езидизма, не так ли?
Икбаль Дюрре: Да, именно так. Там сильно влияние Рабочей партии Курдистана.
“Реалист”: Синджар интересен с точки зрения коммуникаций?
Икбаль Дюрре: Вы правильно сказали. Регион интересен с точки зрения коммуникаций и логистики. Кроме того, это высотная (горная) местность, стратегически важная точка, которую хотят контролировать в том числе и иранцы. Важно тут посмотреть на позицию Ирана. Это одно из уникальных мест, откуда можно наносить удары по Израилю. Чисто гипотетически.
“Реалист”: Вы справедливо сказали про восточный и западный берега Евфрата. Понятно, что со взятием Африна баланс сил уже нарушен. И этот баланс уже не в пользу России. Можем ли мы считать взятие Африна шансом для американцев нанести удар по Дамаску?
Икбаль Дюрре: Я считаю, что всё события на 100% ведут именно к этому. Не удивлюсь, если на днях американцы нанесут удар по Дамаску.
Икбаль Дюрре – кандидат исторических наук, доцент кафедры регионоведения МГЛУ, специально для ИА “Реалист”
