В чем проблема с объединением Архангельской области и Ненецкого автономного округа? Проблема одна единственная, но зато глобальная.
Совершенно невозможно объяснить избирателю, почему это происходит именно сейчас. Неизбежно возникают спекуляции на тему о том, что это делается для того, чтобы отвлечь население от трудностей, связанных с эпидемией COVID-19, или с какими-то другими социально-экономическими трудностями сегодняшнего дня.
Почему это так? Потому что тема объединения так называемой «матрешки» региональной существует очень давно. Очень давно и региональные элиты, и жители регионов ждали, что самый малонаселенный субъект федерации – там всего 45 тыс. жителей, – станет частью большого, относительно богатого, относительно развитого края с центром в Архангельске. И этого все не происходило и не происходило, точно также, как не происходило ничего подобного с так называемой тюменской «матрешкой», где Ямало-Ненецкий автономный округ, Ханты-Мансийский автономный округ и Тюменская область. Не происходило потому, что очень политически страшно объединять регион совершенно русский с регионом национальным.
Принцип национального самоопределения являлся одним из главных при создании сначала Союза Советских Социалистических Республик, а затем современной Российской Федерации. Этот принцип, очевидно, нарушается, когда регион национальный входит в состав обычного, скажем так, региона.
Сразу возникают вопросы: если Ненецкий автономный округ теперь часть Архангельской области, и если Коми-Пермяцкий автономный округ часть Пермского края и так далее, то почему у нас существуют национальные республики, тем более, что в целом ряде национальных республик русских больше, чем, собственно, представителей титульной национальности.
Андрей Перла – политтехнолог
