СМИ распространяют информацию о содержании проекта устава “единой поместной церкви” на Украине, утвержденном на заседании Священного синода Вселенского патриархата 27-29 ноября 2018 г. в Стамбуле. Если анализировать данный документ, то вырисовывается следующая картина. Он не предполагает создания автокефалии, которой так ждут украинские власти во главе с президентом Петром Порошенко.
Среди основных моментов, нашедших отражение в уставе, то, что украинская церковь «неразрывно связана» с Константинопольским патриархатом, а через него – со всеми иными автокефальными Церквями. В проекте говорится, что высшим титулом в автокефальной церкви будет митрополит Киевский. При том что многие автокефальные православные церкви возглавляются патриархами.
Архиерейскому Собору церкви предписано по всем глобальным вопросам связываться с Константинопольским патриархом, а тот, реагируя на обращение, сообщит Собору “необходимое”. Будет лишена новая церковь и права самостоятельно канонизировать святых. Вместо этого, как говорится в утвержденном проекте устава, украинская церковь будет подавать их имена в Константинопольский патриархат для утверждения. При том что право канонизации является частью полномочий автокефальных церквей.
Кроме того, будущая украинская церковь будет получать миро, используемое в таинствах, только у Константинопольского патриархата, что является одним из главных признаков отсутствия настоящей автокефалии.
Наконец, Константинопольский патриархат, согласно уставу, становится высшей апелляционной структурой. Это значит, что Константинопольский патриарх становится последней инстанцией по всем важнейшим вопросам новой церкви. Иными словами, именно он будет неформальным главой Православной церкви на Украине. А теперь сравним статус будущей «единой поместной церкви» на Украине со статусом нынешней УПЦ Московского Патриархата.
Согласно Уставу РПЦ, куда в ноябре 2017 г. была внесена отдельная Глава X: «Украинская Православная Церковь», подчеркивающая особый статус УПЦ, Украинская Православная церковь абсолютно самостоятельно решает кадровые, финансовые, хозяйственные, имущественные, судебные вопросы, а также и внешние связи.
В частности, избрание всего духовенства, начиная от иподиаконов и заканчивая предстоятелем УПЦ; все вопросы финансирования приходов, монастырей, епархий и самой митрополии УПЦ; образование и упразднение епархий, определение их границ, создание в случае необходимости митрополичьих округов, создание и упразднение синодальных отделов, определение их полномочий и т.д.; в Украинской Православной Церкви действует собственная высшая церковно-судебная инстанция.
В чем тогда УПЦ подчиняется РПЦ? В вопросах вероучения, нравоучения, канонических вопросах. Это значит, что УПЦ не может самостоятельно излагать или объяснять православные вероучительные истины; что является грехом, а что нет; Глава РПЦ же одобряет Устав УПЦ.
Таким образом, если рассмотренный документ не фейк, не провокация и не ХПП, то ни о какой автокефалии для украинской церкви речи не идёт. Украина, стремясь уйти из-под власти РПЦ (читай России), оказывается в куда менее завидной ситуации. Но ведь это не важно – принцип назло маме отморожу уши работает в этой стране весьма успешно.
Константин Курылев – доктор исторических наук, профессор кафедры теории и истории международных отношений РУДН, специально для ИА “Реалист”
