Ормузский пролив является одной из ключевых мировых геостратегических артерий. О важности пролива говорят цифры. В 2018 году ежедневно через этот пролив доставлялось примерно 20,7 млн баррелей нефти, что составляет 30% от общемирового объема. Говоря об СПГ, то на пролив пришлось около четверти мировой торговли (благодаря Катару), при этом 80% этого экспорта предназначено для азиатских рынков (Китай, Индия, Южная Корея, Япония).
Кризис в Ормузском проливе является логическим продолжением ситуации, сложившейся в Персидском заливе, где в мае и июне нынешнего года были атакованы несколько нефтяных танкеров. В связи с этим захват британского судна, который произошел 20 июля в Ормузском проливе, – не только одно из ярких проявлений напряженности в отношениях между Ираном и странами Запада после фактического развала ядерной сделки, но и полноценный старт новой фазы противостояния в регионе.
По заявлению бригадного генерала КСИР Рамазана Зирахи, утром 4 августа военнослужащие Ирана задержали еще один иностранный танкер, но, не сообщив, под флагом какого государства шло это судно. Известно только то, что оно перевозило нефть в одну из арабских стран.
Подобное поведение Ирана в проливе, который соединяет Персидский и Оманский заливы объясняется, в первую очередь, вопросом обеспечения безопасности особенно на фоне того, что Майк Помпео 22 июля заявил о необходимости создания коалиции для военного патрулирования Ормузского пролива с целью обеспечения свободы судоходства в районе Персидского залива. Не стоит забывать о том, что в Ормузском проливе уже находятся силы США и Великобритании. В частности, туда был отправлен фрегат «Монтроуз» и эскадренный миноносец «Дункан».
Госсекретарь США обратился с предложением и к Германии о присоединении к патрулированию пролива. Однако, как министерство обороны, так и министерство иностранных дел ФРГ заявили о том, что подобное приглашение может быть принято только при наличии официального запроса и конкретного проекта его реализации.
Германия не заинтересована в неевропейских проектах в военной сфере. Не стоит забывать и о том, что Берлин наряду с Парижем стремятся сохранить ядерную сделку с Ираном. Говоря о Франции, стоит подчеркнуть, что любое силовое вмешательство наряду с усилением американского присутствия в Персидском заливе подрывает французские региональные интересы.
Иран, в свою очередь, выступил с ответной мерой: командующий ВМС Ирана Хосейн Ханзади заявил, что Россия и Иран проведут совместные учения в северной части Индийского океана и в акватории Ормузского пролива до конца 2019 года.
Помимо этого, иранское руководство надеется правильно воспользоваться перестановкой на посту премьер-министра в Великобритании. Президент ИРИ Хасан Рухани поздравил Бориса Джонсона и выразил надежду, что ознакомление нового политического лидера Великобритании с проблемами в отношениях между двумя странами способствует «избавлению от существующих препятствий в улучшении отношений между государствами».
При этом Иран прекрасно воспользовался этой внутриполитической заминкой в Великобритании, проблемами внутри ЕС и сложностями в отношениях между администрацией Трампа и европейскими лидерами. Руководство ИРИ осознает, что у европейцев банально не хватит кораблей, чтобы сопровождать все конвои, поэтому иранцы дают четко понять – любое одностороннее изменение в статусе Ормузского пролива вызовет ожесточенное противостояние, где изначально в статусе фаворита находятся именно иранские силы.
Но не только Иран извлекает выгоды из европейских проблем: Дональд Трамп пытается воспользоваться сложившимися обстоятельствами, чтобы вытеснить европейский элемент в регионе. Для Белого дома является необходимым переход из многостороннего формата взаимодействий с Ираном в область двусторонних переговоров, что является одной из главных причин выхода США из так называемой иранской ядерной сделки.
Европейское участие в иранской ядерной сделке и дальнейший формат переговоров не устраивают нынешнее произраильское руководство США. Дональду Трампу необходимо остаться с Ираном тет-а-тет. Только в таком случае США сможет оказывать серьезное давление на ИРИ. К слову, любые предложения к европейским партнерам по иранской тематике, исходящие из Вашингтона, заключаются только в форсировании давления на Иран. Сама суть давления на Иран для США сводится, в первую очередь, к переориентации элит, настроенных на данный момент на диалог с Европой.
Захват танкеров со стороны Ирана несет в себе двойной посыл: с одной стороны, Тегеран прямо заявляет о способности отстаивать национальные интересы военными средствами. Но нельзя не учесть и негативный фактор, проявляющийся в том, что вряд ли подобные действия окажут позитивное воздействие на европейские государства с точки зрения перспектив их участия в ядерной сделке. Ведь для европейских государств поведения Ирана становится все более непредсказуемым.
Роман Шахвердов – эксперт в области международных отношений, специально для ИА «Реалист»
