МАХАЧКАЛА (ИА Реалист). Поэт Расул Гамзатов поддерживал национально-освободительное движение армян Нагорного Карабаха. Об этом в беседе с ИА Реалист напомнил кандидат исторических наук, ученый-кавказовед и лингвист Тимур Айтберов.
«Когда в Нагорном Карабахе начались события, руководство Советского Союза решило провести опрос среди членов Верховного совета ССР, одним из которых был Расул Гамзатов — известный поэт и политический деятель, член президиума Верховного совета. В Дагестане все напряженно ждали, что скажет Расул. Патриоты, обиженные на отношение Азербайджана к Дагестану, думали, что Расул — политикан, который поддержит общий настрой, то есть антикарабахскую и антиармянскую линию. Однако Расул поддержал правое дело карабахских армян.
Начался скандал. Из Азербайджана огромными пачками приходили книги Гамзатова. Таким образом азербайджанцы пытались его унизить и выразить свое презрение. Более того, стали говорить, что армянская диаспора за какие-то бриллианты подкупила Расула.
А за три года до этих событий произошло следующее: Гамзатов в составе советской партийной делегации посетил Иран. Царил еще «железный занавес». После посещения ИРИ Расул прибыл в Баку, где руководство ЦК Компартии Азербайджанской ССР пригласило его выступить перед своими сотрудниками.
Гамзатов выступает официозно. После его речи наступает череда вопросов. Один из работников ЦК встает и спрашивает: «Расул Гамзатович, а как чувствуют себя в Иране наши азербайджанцы?».
Расул ему экспромтом отвечает: «Так же, как и наши аварцы в Азербайджане». Воцарилась тишина… На этом беседа с Расулом была закончена (улыбается). То есть у Гамзатова позиция была давняя и принципиальная. Никаких подкупов и бриллиантов там не было. О том, что произошло в Баку, Расул рассказал публично на встрече с интеллигенцией Академии наук Дагестана. В зале тогда присутствовало более 200 человек, в том числе и я.
Дело в том, что изучение аварского языка в Азербайджане было под запретом все советское время. В эпоху «перестройки», когда между Абдурахманом Визировым и Народным фронтом шла борьба за власть в Баку, я и Деньга Халидов поехали в Азербайджанскую ССР по линии общества «Знание», где поставили перед первым секретарем райкома соответствующий вопрос.
В настоящее время, власти ведут целенаправленую политику, которая призвана восстановить запрет на изучение аварского. Речь идет о преподавании 1 часа аварского языка в неделю. Кстати, в больших аварских селах изучение родного языка до сих пор запрещено.
Например, в селе Катех, известном с XII века, где живут сейчас 7 тысяч человек. А также в селе Тала, известном с XIV века. Там в верхней части говорят на аварском языке, а в нижней части, где живут переселенцы, говорят на азербайджанском. В аварской части насчитывается 2 тысячи дворов, где-то 7 тысяч человек — там действует запрет на аварский язык, как и во многих других селах, где присутствуют азербайджанцы. Обращаю также внимание на село Гугам, которое известно с XVII века (многие гугамцы были в дворянском знании, часть из них служила в охране русского императора — в так называемой Лезгинской роте, куда допускались только дворяне). Там аварский находится сегодня под запретом. В селе Чардах живут от 3% до 5% азербайджанцев. Под этим предлогом власти запретили изучение аварского языка.
Последний запрет был произведен в селении Цалбан администрацией Белоканского района — с подачи министерства просвещения Азербайджана, которое возглавлял тогда Джейхун Байрамов (нынешний глава МИД Азербайджана). Причем на основании того, что там живет 1 азербайджанская семья на фоне 300 аварских семей», — отметил Айтберов в интервью ИА Реалист.
