ТЕГЕРАН (ИА Реалист). Дипломатическая активность США в апреле была сосредоточена на двух направлениях, которые, однако, разительно отличались по своему характеру. В иранском вопросе Вашингтон сделал ставку на жесткое давление, отклонив мирные инициативы Тегерана и ужесточив морскую блокаду.
На ливанском направлении американская дипломатия, напротив, выступила в роли активного посредника, пытаясь сблизить позиции Израиля и Ливана и одновременно нащупать пути обуздания «Хизбаллы».
Иранское направление: игра с нулевой суммой
Переговорный процесс между Тегераном и Вашингтоном, который должен был стать центральным событием месяца, фактически зашел в тупик. После нескольких раундов переговоров, в том числе 21-часового марафона в Исламабаде 11-12 апреля, стороны не смогли сблизить позиции, а обмен взаимными обвинениями лишь усилил конфронтацию.
Провал переговоров и игра мускулами
Итогом неудачного раунда переговоров в пакистанской столице стало то, что США и Иран не смогли прийти к какому-либо соглашению по долгосрочному урегулированию конфликта из-за ряда разногласий.
Ситуация усугубилась 24 апреля, когда Белый дом объявил о намерении направить на переговоры в Исламабад своих высокопоставленных представителей, включая специального посланника президента Стива Уиткоффа. Однако планы были сорваны.
В ответ на отказ Тегерана от очных контактов президент США Дональд Трамп в резкой форме отменил поездку своей делегации, заявив: «Я сказал своим людям некоторое время назад, когда они уже собирались вылетать: «Нет, вы не будете лететь 18 часов туда. Все козыри у нас. Они могут позвонить нам в любое время, но вы больше не будут совершать 18-часовые перелеты, чтобы сидеть и обсуждать ничего”».
Блокада как главный козырь
Осознав, что переговоры зашли в тупик, Вашингтон сделал ставку на ужесточение экономического давления. 29 апреля Дональд Трамп заявил, что продолжит морскую блокаду Ирана до тех пор, пока Тегеран не согласится на сделку с Вашингтоном по ядерной программе.
В интервью Axios американский лидер назвал блокаду эффективным методом воздействия, подчеркнув: «Они (Иран — ред.) задыхаются, как откормленная свинья. И для них всё будет только хуже». Президент США также предупредил, что нефтехранилища и трубопроводы Ирана «близки к взрыву» из-за невозможности экспортировать нефть.
Иранский «мирный план»
Ставка на силу не стала полной неожиданностью. Ранее, в середине апреля, Тегеран через пакистанских посредников направил США свой вариант урегулирования. Иранское предложение, переданное министром иностранных дел Аббасом Арагчи, состояло из трех этапов:
- Первый этап: Стороны должны были договориться о прекращении войны, и США должны были дать гарантии ненападения.
- Второй этап: Вашингтон должен был открыть Ормузский пролив для иранских судов.
- Третий этап: Переговоры по ядерной программе, которые Тегеран настаивал проводить только после выполнения первых двух пунктов, что, по сути, лишало США ключевых рычагов влияния.
Этот план был отвергнут Белым домом. Представительница Белого дома Оливия Уэйлс заявила, что США «не будут вести переговоры через прессу», и президент дал понять Ирану свои «красные линии».
Ормузский пролив: яблоко раздора
Ключевой причиной разногласий стал контроль над стратегически важным Ормузским проливом. Госсекретарь США Марко Рубио в интервью Fox News резко раскритиковал действия Ирана, заявив, что его попытки регулировать движение судов через пролив «неприемлемы».
Он подчеркнул, что «координироваться с Ираном» и платить ему за проход не является открытием пролива, а является претензией на нелегитимный контроль над международной водной артерией. Госсекретарь предупредил, что подобная практика не может быть нормализована, и США не потерпят такую систему.
Подсчет убытков и мнения экспертов
Иранский МИД осудил задержания танкеров, назвав их «прямой легализацией пиратства». По данным Reuters, в конце апреля по меньшей мере шесть танкеров с иранской нефтью были вынуждены вернуться в Иран из-за американской блокады.
Масштаб давления подтверждается и данными о судоходстве: по сведениям на 25 апреля, суточный трафик через пролив упал до 7 судов по сравнению с 140 до войны, при этом 6 иранских танкеров были вынуждены вернуться в свои порты.
Бывший госсекретарь США Энтони Блинкен в своем анализе предупредил, что военная риторика может обернуться для США долгосрочным стратегическим провалом. Он отметил, что Иран сохранил за собой ключевые преимущества: у него есть обогащенный уран, «центрифуги, ракеты и контроль над Ормузским проливом».
По словам Блинкена, Вашингтон стоит перед трудным выбором: либо эскалация, либо компромисс, который потребует признания права Ирана на обогащение урана на «очень низком уровне» в качестве компромисса, позволяющего сохранить лицо.
Ливанское направление: хрупкое перемирие и роль посредника
В отличие от иранского трека, в ливанском вопросе США выступили в качестве инициатора и гаранта переговорного процесса, стремясь не допустить полномасштабной войны.
Исторические переговоры и позиции сторон
15 апреля в Вашингтоне при посредничестве Госдепартамента состоялись первые за 34 года прямые переговоры между Израилем и Ливаном на высоком уровне. Встреча, в которой участвовали послы двух стран, госсекретарь США Марко Рубио и другие высокопоставленные чиновники, должна была определить рамки дальнейшего диалога.
Однако стороны изначально по-разному видели цель переговоров:
- Израиль под руководством премьер-министра Биньямина Нетаньяху настаивал на полном разоружении «Хизбаллы» как главном условии для «настоящего мирного соглашения, которое останется в силе в течение поколений».
- Ливан, чья делегация действовала с одобрения президента Джозефа Ауна, призвал к немедленному прекращению огня как первоочередной мере и принятию мер по смягчению острого гуманитарного кризиса.
«Небесный щит»: перемирие с прицелом на разоружение
Апрель также ознаменовался дипломатической активностью по установлению режима прекращения огня. 16 апреля Дональд Трамп объявил о 10-дневном прекращении огня между Израилем и «Хизбаллой». Впоследствии, 23 апреля, президент США объявил о продлении перемирия еще на три недели после «очень хороших» переговоров.
По данным The New Arab, это перемирие стало для Ливана жестким ультиматумом. По сведениям дипломатических источников, Вашингтон дал Бейруту три недели (до 17 мая), чтобы представить «ясный и достижимый» план по разоружению «Хизбаллы».
Если этого не произойдет, США больше не будут сдерживать Израиль, расширяя его военные операции, а Саудовская Аравия откажется от инвестиций в восстановление юга Ливана.
Трамп против Нетаньяху: разница в подходах
Даже в вопросах ведения боевых действий наблюдались разногласия между союзниками. В интервью Axios Дональд Трамп призвал израильского премьер-министра Биньямина Нетаньяху наносить по Ливану только «точечные» удары, а не разрушать здания.
«Он не может этого сделать. Это слишком ужасно и выставляет Израиль в плохом свете», — заявил американский лидер.
При этом он выразил уверенность, что после ослабления Ирана «Хизбалла» будет «автоматически повержена».
«Опция Рубио»: новая старая стратегия
Одновременно госсекретарь США Рубио 28 апреля озвучил планы по военной поддержке Ливана. Он заявил, что Вашингтон готовит рамки для обучения и оснащения «проверенных» подразделений Ливанских вооруженных сил для противодействия «Хизбалле».
Глава Госдепа подчеркнул, что Израилю «не придется этого делать», если ливанская армия сможет самостоятельно ликвидировать группировку.
Этот план, напоминающий провалившиеся инициативы 1980-х годов, вызвал серьезные вопросы внутри Ливана.
Ливанские военные источники подчеркнули, что подготовка будет бесполезна без четкого политического приказа на применение силы, что чревато риском гражданской войны.
