ТЕГЕРАН (ИА Реалист). Президент США Дональд Трамп назвал иранское правительство «серьёзно раздробленным», когда продлевал перемирие, чтобы дать ему время выработать «единое» предложение. В Белом доме утверждают, что неявка Ирана на второй раунд переговоров в Пакистане с вице-президентом Джей Ди Вэнсом показала, насколько разобщённым стало руководство.
Однако наблюдатели за Ираном видят ситуацию иначе. Тегеран настаивает, что США должны сначала снять блокаду иранских портов, и многие аналитики считают руководство страны более сплочённым, чем его пытаются представить.
«Я думаю, это серьёзное неверное прочтение иранского руководства, — заявила CNN Мэхрат Камрава, профессор Джорджтаунского университета в Катаре. — Руководство было весьма сплочённым, и мы видели это в ведении войны и переговоров».
Кто принимает решения после гибели Хаменеи
Управление в Иране стало гораздо более сложным после того, как США и Израиль устранили большинство высших военных и политических лидеров режима, включая верховного лидера аятоллу Али Хаменеи.
Группа некогда конкурировавших чиновников из разных сегментов политического спектра Исламской Республики теперь решает будущее страны под угрозой экзистенциальной войны и на фоне заметного отсутствия главного лица, принимающего решения, — Моджтабы Хаменеи, который сменил своего покойного отца на посту нового верховного лидера и, по данным источников, скрывается, возможно, из-за ранения или тяжёлой недееспособности.
Эти чиновники вынуждены балансировать между своим видением будущего Ирана, внутренним давлением со стороны радикальных группировок, отказывающихся признавать поражение, и внешним давлением Трампа, стремящегося объявить о победе. Несмотря на политические разногласия, эта группа чиновников, по мнению экспертов, полна решимости публично демонстрировать сплочённость, даже если они расходятся в подходах к войне и дипломатии с США.
«Различные фракции иранского руководства сейчас более едины, чем до войны, — сказал CNN Трита Парси, исполнительный вице-президент Института ответственного государственного управления Куинси. — Потому что это гораздо более узкий круг… этот круг более един в стратегии, которую они используют в войне».
Демонстрация единства
На фоне лихорадочных спекуляций о том, будет ли Иран участвовать в переговорах на этой неделе, Тегеран последовательно занимал публичную позицию, что его переговорщики не поедут. Он обвинил Вашингтон в нарушении перемирия и отсутствии «серьёзности в поиске дипломатического решения». Ещё до войны Исламская Республика при Али Хаменеи сохраняла чёткий список «красных линий» — право на обогащение урана, продолжение разработки ракет и поддержку прокси-групп, — которые она пронесла и в нынешние переговоры с администрацией Трампа.
Иранское политическое руководство прилагает все усилия, чтобы развеять сообщения о внутренних распрях и продемонстрировать единый подход к военным целям и переговорной стратегии.
«Разговоры о разногласиях среди высокопоставленных чиновников — это усталый политический и пропагандистский приём противников Ирана», — написал 22 апреля в соцсети X Мехди Табатабаи, заместитель пресс-секретаря президента Ирана. «Единство и консенсус между полем боя, обществом и дипломатами в это время были исключительными и заслуживающими внимания».
Режим выдвинул одного чиновника как воплощение этого единства. Мохаммад Багер Галибаф, многолетний спикер парламента и бывший командующий Корпусом стражей исламской революции, возглавил первый раунд переговоров с США в Исламабаде и теперь рассматривается как одна из главных фигур, представляющих Исламскую Республику.
Примечательно, что когда Галибаф прибыл в Исламабад на первый раунд, его сопровождала беспрецедентная группа иранских чиновников, представляющих различные политические спектры, что, по-видимому, было намеренной попыткой продемонстрировать сплочённость.
«Разногласия? Конечно, они есть, — сказал Парси. — Но полагать, что причина, по которой стороны не могут заключить сделку, — это не противоречивые послания Трампа, а раздробленное иранское руководство, — значит быть оторванным от реальности».
Как Трамп мешает переговорам
В выходные (18–19 апреля) США и Иран, казалось, были близки к сделке. Затем Трамп начал публиковать посты о переговорах в соцсетях и давать интервью по телефону утром 17 апреля, в то время как пакистанские посредники информировали его о ходе переговоров с иранскими чиновниками в Тегеране. Некоторые чиновники администрации Трампа в частном порядке признали CNN, что публичные комментарии президента наносят вред переговорам, учитывая их деликатность и глубокое недоверие иранцев к США.
Военные структуры и давление улицы
Перед лицом угрозы уничтожения иранский режим демонтировал свою традиционную систему соперничающих центров власти, конкурировавших почти пять десятилетий. Новая военная структура вместо этого консолидировала переговорщиков и политических деятелей под единым военным «зонтиком», чтобы вывести Исламскую Республику из кризиса без признания поражения.
На улицах крупные толпы, представляющие радикальные фракции страны, ежедневно проводят митинги в поддержку режима и против любого соглашения с Вашингтоном, которое поставило бы Иран в положение поражения. Эти радикальные взгляды доминируют в парламенте и государственных СМИ, где любая кажущаяся готовность иранских чиновников позволить Трампу объявить о победе вызывает ожесточённую критику. Когда на прошлой неделе министр иностранных дел Аббас Арагчи заявил, что Ормузский пролив открыт для коммерческого судоходства, он подвергся резким нападкам со стороны режимных радикалов, вынудив других чиновников выпустить поспешные разъяснения.
Эта военная структура резко отличается от того, как Исламская Республика управлялась 37 лет при верховном лидере Али Хаменеи. Его сын Моджтаба был назначен руководить страной, но остаётся в укрытии. Сообщения предполагают, что он ранен или серьёзно недееспособен, что усиливает неопределённость: даёт ли он своим подчинённым чёткие указания или им просто приходится угадывать, чего он хочет, без конкретных инструкций.
«Система сейчас работает по-другому. Раньше у нас были институты… которые должны были обсуждать стратегические вопросы и представлять верховному лидеру консультативные записки для принятия им окончательного решения, — сказал Хамидреза Азизи, приглашённый научный сотрудник Германского института международных отношений и безопасности. — Доступ к верховному лидеру теперь не может быть таким регулярным, как должен быть. Это автоматически означает, что другие чиновники имеют больше свободы для манёвра в определении шагов, которые необходимо предпринять в вопросах войны и мира».
Дипломатия не работает
Дипломатический процесс заморожен: Иран продолжает отказываться от прямых переговоров, требуя сначала снять морскую блокаду, в то время как Вашингтон не отказывается от военного сценария и наращивает морское давление. При этом Тегеран демонстрирует жёсткость на море, захватывая суда, а в Вашингтоне происходят кадровые перестановки.
Запланированный на 23 апреля визит делегации США во главе с вице-президентом Вэнсом для второго раунда переговоров в Пакистане так и не состоялся из-за отсутствия реакции со стороны Тегерана.
Главное требование Тегерана — немедленное и полное снятие морской блокады. В Иране настаивают, что любые переговоры должны вестись в условиях снятия «акта войны», и обвиняют США в нарушении условий прекращения огня. Вашингтон продолжает настаивать на своём курсе, заявляя, что блокада будет снята только после подписания окончательного мирного соглашения.
Трамп дал Ирану всего 3-5 дней, чтобы «привести свои внутренние дела в порядок» и внести предложение, но пригрозил, что это состояние не будет длиться бесконечно и что военные варианты остаются на столе.
Тем временем, Центральное командование США (CENTCOM) сообщило о перенаправлении 31 судна в рамках своей блокады. Эксперты предупреждают, что даже если пролив формально «открыт», он по-прежнему небезопасен для плавания. Совокупный эффект от этих мер привёл к росту мировых цен на нефть, что свидетельствует о том, что рынки всерьёз обеспокоены перебоями в поставках.
На фоне продолжающегося конфликта произошли и внутренние изменения в руководстве Пентагона. Министр военно-морских сил США Джон Фелан был уволен, что стало очередной громкой отставкой в руководстве Пентагона при министре обороны Пите Хегсете.
США стремятся к быстрой сделке, используя козырь военной силы. Иран, напротив, делает ставку на выжидание и демонстрацию устойчивости, готовый выдерживать давление и избегая капитуляции. В итоге, хрупкое перемирие висит на волоске. Если США не пойдут на уступки, а Иран не изменит свою позицию, эскалация и возобновление полноценных боевых действий становятся вопросом времени.
