МОСКВА (ИА Реалист). Западные фармкомпании, на этот раз через Forbes, пугают Россию дефицитом в 95% российского рынка лекарств в 2023 году. Про 95% — это очевидный психологический прием. Происходит отчаянная информационная борьба за рынок сбыта с миллиардными сверхдоходами. Подставные эксперты в сотый раз напоминают о том, что мы и без них знаем, — что большая часть зарубежных производителей прекратили инвестиции в Россию и могут окончательно уйти из страны.
Прекратили инвестиции — значит свернули научные исследования и разработку инновационных препаратов для российского потребителя. Есть оговорочка, что для достижения «лекарственного суверенитета» России нужно не меньше 200 млрд рублей. Раньше в информационных кампаниях такого рода про суверенитет, а тем более про его стоимость, даже намеков не было.
Еще интересный нюанс. Не смотря на угрозы и полгода санкций, пока из России никто всерьез не уходил. А все потому, что «биохимический спрут» изо всех сил цепляется за сложившуюся и выстроенную им информационно-правовую систему патентного консенсуса, за грабительские, античеловеческие формы интеллектуальной собственности, насаждаемые годами по всему цивилизованному миру. Сам факт сохранения равновесия этой информационно-правовой сети в разы дороже любой санкционной политики.
Эта система позволяет им через минздравы всех стран держать под гарантированным контролем закрома государственных закупок. Встраиваться в госпрограммы поддержки сбыта, получать льготы от научных исследований.
Главным инструментом рыночной диктатуры транснациональных фармкомпаний является патентная защита лекарств. Проще говоря — запрет на их копирование и производство в странах сбыта. Срок действия патента, как правило, составляет 20 лет. Под прикрытием патентного права медицинские ТНК безнаказанно навязывают таблетки «аборигенным» минздравам по многократно завышенным ценам. Имеют высокоразвитые механизмы лоббирования абсолютно во всех кадровых слоях медицинской системы, полностью контролируют ее научный потенциал.
Даже при всех амбициях России обрести фармсуверенитет — гораздо дороже сохранить сам принцип контроля за рынком. А этот принцип под угрозой. Ковид помог России запустить первую ласточку, в 2020 году Госдума приняла закон о принудительном лицензировании лекарств в случае необходимости. До истечения срока патентной защиты и без согласия правообладателя. Параллельно в стране идет активное развитие производства дженериков (выпуск качественных биоаналогов с истекшим периодом действия патентов).
В первом квартале 2022 года в РФ значительно вырос выпуск лекарств — на 49% по сравнению с прошлым годом. Кроме того российское правительство разработало весьма перспективный «План мероприятий по импортозамещению в фармацевтической промышленности Российской Федерации до 2024 года» (техническую модернизацию российских фармацевтических заводов, выпуск инновационных линеек изготовления, импортозамещение ЖНВЛП).До 2030 года намерены выделить свыше 26 млрд рублей на налаживание производства российских фармсубстанций для производства 80% стратегически значимых лекарственных препаратов.
До настоящего фармацевтического суверенитета еще очень далеко. О нем можно будет говорить, когда РФ решится на переформатирование системы интеллектуальной собственности в свою пользу.
