7 октября президенту России Владимиру Путину исполнилось 67 лет. Глава государства проведет свой день рождения с родными и близкими, перед этим он побывал в сибирской тайге, рассказал пресс-секретарь российского лидера Дмитрий Песков.
Доктор экономических наук Владислав Иноземцев для телеграм-канала «Кремлевский безБашенник» подвел предварительные итоги правления Путина:
«Сегодня главный российский пенсионер (пока только – по возрасту, но не по статусу) отмечает свой 67-й день рождения. Несмотря на досужие рассуждения о мифическом «транзите», политическая биография Владимира Путина далека от завершения – но об одном его вкладе в мировую историю хотелось бы сказать уже сейчас, подытоживая 20 лет с момента его прихода к власти.
Владимир Путин – без сомнения, авторитарный лидер, но лидер, изменивший современные представления об авторитаризме. Он не только пришел к власти без видимого нарушения демократических норм (в то время как подавляющее большинство диктаторов захватывали власть в результате переворотов или иных сомнительных операций), но и сохраняет ее по сей день, не меняя формы государственного устройства и не прибегая к массовому и систематическому насилию. Этим он отличается не только от диктаторов ХХ века, но и, например, (по крайней мере, пока), от Наполеона III, избранного как президент, но быстро ставшего императором. Однако и все это не было столь примечательно, если бы не ещё более важное обстоятельство.
Путин управляет тем, что следует назвать «захваченным государством» (captured state). Институты этого государства за время его правления превратились в фикцию; на все значимые посты расставлены люди, работающие прежде всего на сохранение режима; население во многом устранено из процесса принятия решений. При этом созданная им система позволяет узкой группе бенефициаров эксплуатировать страну как коммерческий актив, что было весьма нетипично для диктаторов прошлого. И, похоже, эта практика «захвата», прекрасно реализованная членами кооператива «Озеро» в России, оказалась чрезвычайно привлекательной для авторитарных лидеров в самых разных уголках мира.
С 2000 года практика прихода к власти в рамках ранее сформировавшейся (в некоторых случаях демократической, в ряде случаев – не очень) системы с последующим подрывом ее фундаментальных основ и внедрением имитационных методов управления получила широкое распространение. Воплощением ее можно считать опыт У.Чавеса в Венесуэле, впервые избранного в 1999 г., Р.Т. Эрдогана в Турции (с 2003 г.), В. Орбана в Венгрии (как относительно демократичного лидера в 1998-2002 гг. и явно авторитарного с 2010 г.), Си Цзиньпиня в Китае (с 2012 г.), А.-Ф. ас-Сиси в Египте (с 2014 г.), и, с определенными оговорками, — Р. Дутерте на Филиппинах (с 2016 г.) Все эти руководители довольно быстро консолидировали свою власть и превратили институты государства в инструменты ее имплементации в куда большей мере, чем в средства осуществления народовластия или юридической справедливости.
Поэтому я бы решился сказать, что путинизм является не банальным исключением и не продуктом случайного стечения обстоятельств, но, скорее, системным воплощением авторитаризма в эпоху, когда соблюдение некоторых формальных требований, предъявляемых к современному государству, является обязательным условием включенности в «цивилизованный» мир. Эта система правления для властвующей элиты хороша практически всем, кроме двух обстоятельств. С одной стороны, по мере укрепления диктаторских черт, система становится менее эффективной экономически (что заметно всюду – от Венесуэлы до теперь уже Китая); с другой, остаётся неясным, может ли её создатель уйти от власти без неприемлемых для самого себя и своего окружения рисков.
Сегодня, когда вождь новой России достиг пенсионного возраста даже с учётом проведённой им самим пенсионной реформы, созданная им система стареет вместе с ним. Обновить подобный авторитарный режим не способен не один из создавших его лидеров – и это означает, что 2020-е годы во многих регионах мира окажутся временем, богатым на судьбоносные политические события…»
