В первую очередь, хочу выразить соболезнования родственникам и близким погибших и пожелать полного выздоровления пострадавшим в результате трагедии в Керченском политехническом колледже.
Для начала давайте немного разберемся в Уголовном праве. У нас привыкли говорить глупым языком о «мотиве преступления», который был заимствован из американских фильмов и их же лексики. В уголовном праве состав преступления делится на четыре части: объект, объективную сторону, субъект и субъективную сторону. Всякий раз правовед, юрист или следователь изучают то или иное преступное деяние с точки зрения состава. Что является объективной стороной данного случая? Расстрел людей. Объектом являются жизни людей. Их убивают, взрывают. Плюс к этому взрывается собственность в виде здания колледжа. В данном случае, исходя из объективной стороны, события в Керчи подпадают и под террористический акт, и под убийство. Вот в чем дело. Они здесь пересекаются.
Чем отличается террористический акт от убийства или взрыва с целью мести? В теракте объектом является государство. Это – действия, которые «создают опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, если эти действия совершены в целях нарушения общественной безопасности, устрашения населения либо оказания воздействия на принятие решений органами власти, а также угроза совершения указанных действий».
Когда следователи и оперативные работники прибывают к месту преступления, то они ими занимаются по подследственности. В данном случае, если первыми прибыли сотрудники Национального антитеррористического комитета, то они увидели картину, объективно напоминающую террористический акт. Когда на место преступления потом прибывают, условно говоря, следователи и другие представители правоприменительных органов, то они, имея больший массив информации, доказательств, свидетельств и улик, выясняют, что деяние совершено одним лицом и он не провозглашал никаких лозунгов, в том числе, антигосударственных.
Почему кто-то сейчас может придерживаться версии о теракте? Потому, что Крым – политически очень емкая территория, она весьма и весьма символична. Совершенное деяние является резонансным. Очень много людей пострадало. Совершено это дерзко и нагло, чтобы привлечь внимание. Когда следователь составляет постановление о заведении уголовного дела, то он пишет: «Я следователь такой-то, изучив материалы того-то, принял решение о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного статьей такой-то». И следователь, и оперативные работники работают по признакам.
С одной стороны, можно говорить, что место происшествия – Крым. Да, у России с Украиной напряженные отношения, были попытки с украинской стороны прорваться на нашу территорию, при этом погибли наши военнослужащие. Поэтому может возникнуть желание связать это деяние с соседним государством. Таким образом, это присутствует как признак. Но его никогда нельзя рассматривать обособленно, т.е. когда следователь или оперативный работник изучают материалы расследования, добывают информацию, то они получают новые признаки и анализируют их в совокупности. На каком-то этапе было принято решение о том, что признаки террористического акта присутствуют не полностью, поэтому правильнее было бы это переквалифицировать как Статья 105 часть вторая УК РФ: «Убийство двух или более лиц».
Для процедуры расследования преступления не столь важно, как оно квалифицируется. Чтобы оперативные службы и спецслужбы получили максимум полномочий в оперативно-розыскной и следственной деятельности, большой разницы нет, будет ли это квалифицироваться как террористический акт или как убийство. По обоим составам спецслужбы, Следственный комитет и МВД имеют право вести свою деятельность без каких-либо ограничений.
Во-вторых, я более чем уверен, что ФСБ будет изучать версию о теракте. По-другому не может быть. Федеральная служба безопасности по подследственности имеет право, не возбуждая уголовного дела, вести оперативно-розыскную деятельность и в других формах с тем, чтобы разрабатывать версию о террористическом акте. Все равно эта деятельность и СК, и МВД, и ФСБ будет координироваться на уровне президента. Работать они будут совместно.
На данный момент я не видел, что именно 18-летний ученик колледжа убивал, монтировал и взрывал это самодельное взрывное устройство.
Мы можем говорить только о фактах. Первый факт – массовое убийство и взрывы. Второй – труп подозреваемого. В рамках уголовного дела лица, причастные к расследованию, имеют полномочия изучать историю его жизни, деятельность, оказывал ли кто-то на него влияние, и присутствовало ли во всем этом влияние соседнего государства. Все это будет делаться без громких заявлений. Не надо забывать, что это действующее уголовное дело, находящееся на самом начальном этапе. По нашему Уголовно-процессуальному кодексу следствие носит закрытый характер. Если будет принято решение, то суд будет открытым. На данный момент можно строить любые версии. И моя версия будет не лучше вашей и наоборот.
Версия или подозрение о причастности другого государства будет проверена, после чего либо подтверждена, либо опровергнута.
Что касается политической стороны вопроса, то нужно понимать, что дело это резонансное. В эфире телеканалов по данному происшествию звучал тезис: «Не надо лезть в политику». Но как не лезть в политику, если речь идет о резонансном деле, которое поначалу было классифицировано как теракт. Наверняка, докладные записки и справки в свое время лягут на стол Владимиру Путину. В этом случае все будет замыкаться на одно лицо – президента России. Глава государства находится над всеми ветвями власти. Он может принять любое решение, которое переламывает все решения более низких инстанций. Поэтому во многом итог этого дела будет зависеть от воли Путина.
В отличие от США у нас сложно представить ситуацию, когда следователи и работники ФБР допрашивали президента. Импичменту Клинтон был подвергнут, поскольку он соврал под присягой при допросе, т.е. он совершил преступление, которое называется «воспрепятствование отправлению правосудия». Билл Клинтон был подвергнут импичменту, когда Палата представителей признала его виновным. После чего дело передали в Сенат, который принял решение об отмене импичмента.
В России все наиболее важные решения принимает одно лицо. Никакой ни Кремль, ни Москва, ни мы. И я не уверен, что Путин примет верное решение, если получит информацию о том, что к событиям в Керчи причастна Украина или другая страна. В таком случае, придется объявить причастное государство террористическим и принять соответствующие меры.
При этом мы понимаем, что сейчас мы ведем речь в условно-сослагательном наклонении. Пока нет достаточных оснований обвинять ни Украину, ни страны НАТО.
Если будет выявлена причастность иностранного государства к событиям в Керчи, то я не уверен, что Путин примет кардинальное решение. Лучшим способом предсказать действия того или иного лица в будущем являются действия этого лица в прошлом. До этого он был всегда мягок и уступчив. Например, принял решение о закрытии радиоэлектронного центра в Лурдесе на Кубе.
Ошибочным, на мой взгляд, было решение по вводу на Донбасс Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ). Эта структура уже давно «почила в Бозе», поскольку не выполнила своей главной задачи – соблюдения в неприкосновенности послевоенных границ в Европе. Именно ради этого СССР подписывал Хельсинкский заключительный акт.
Кроме того, ОБСЕ нельзя было привлекать к миротворческой деятельности, т.к. эта организация не обладает даже минимальным опытом деятельности такого рода.
После краха Советского Союза послевоенные границы были разрушены преступным образом. Начиная с Клинтона, во главе США находятся военные преступники. Они ведут агрессивные войны против человечества и мира.
Можно вспомнить и другие внешнеполитические ошибки президента Путина. Так, в России принято в победе нацистского государственного переворота винить украинского президента Виктора Януковича, который смалодушничал и не решился применить силу для разгона путчистов. Однако, как недавно стало известно (интервью Косачева в эфире одного из телеканалов), именно российский президент по просьбе американцев (и это в то время, когда Обама уже де-факто объявил бойкот сочинской Олимпиаде и развязал кампанию по демонизации лично Путина!) обратился к Януковичу с просьбой не применять силовых мер в отношении укронацистов.
Далее. 1 марта 2014 года Путин запросил в Совфеде права на применение Вооруженных сил России на территории Украины. Это право было предоставлено «до нормализации общественно-политической обстановки в этой стране». Однако в конце июня того же года Совет Федерации по предложению президента РФ Владимира Путина отменил постановление об использовании Вооруженных сил РФ на Украине. Вопрос: «общественно-политическая обстановка в этой стране» к этому времени нормализовалась?
В 2001 году по запросу американцев президент Путин оказал воздействие на лидеров государств Средней Азии с тем, чтобы они предоставили американцам аэродромы для базирования их ВВС. Между тем, с самого начала было ясно, что так называемое «11 сентября» – ничто иное, как американская провокация с целью уничтожения Афганистана и ряда стран Ближнего Востока и Северной Африки. Об этом со всей очевидностью говорит тот факт, что здания Всемирного торгового центра были снесены в результате контролируемых взрывов. Самолеты были просто не в состоянии разрушить эти небоскребы. Но самое главное – два самолета нанесли удары по двум небоскребам. А «сложились» три. В том числе тот, по которому никакого удара нанесено не было.
Это должно было, как минимум, зародить сомнения в искренности действий американцев и, если уж не сопротивляться активно, то, по крайней мере, не содействовать США.
Сергей Духанов – американист, политолог, специально для ИА «Реалист»
