С интересом прочитал интервью премьер-министра Медведева по случаю десятой годовщины августовской войны с Грузией. Надеялся увидеть, что-то новое. И действительно, были новые нюансы. Особенно порадовало подробное разъяснение политики НАТО по окружению России, чего раньше на высшем государственном уровне не говорилось. Кстати, идея высказана впервые мной на научной конференции в Абхазии в 2004 году. Четко разъяснено преимущество признания независимости Абхазии и Южной Осетии по сравнению с сохранением статус-кво. Подтвержден важный факт об отсутствии разногласий в руководстве страны по поводу признания независимости Абхазии и Южной Осетии на чем неоднократно спекулировала и наша, и западная пресса и ходили различные слухи.
Медведев также разъяснил мотивацию своего решения не брать Тбилиси и не арестовывать Саакашвили. Замечу, что я тогда выступил с предложением продолжить операцию до полного контроля над Грузией. Вот цитата из интервью Медведева: «В конечном счете это дало нам возможность успокоить ситуацию не только в Грузии, Осетии и Абхазии, но и выйти на достаточно спокойные отношения с Европейским союзом и другими странами. Если вы помните, в тот период, несмотря на довольно жесткую реакцию, в конечном счете мы достаточно быстро смогли договориться… Да у меня даже с Джорджем Бушем сразу после этого были совершенно нормальные отношения. Мы с ним встречались как раз в конце 2008 года. Он во время нашего последнего разговора… даже не упомянул ситуацию в Грузии и проблемы Южной Осетии и Абхазии».
То есть, подтвердились мои предположения о том, что главной мотивацией было желание нашего руководства сохранить отношения с Западом. Эти отношения продолжали оставаться мерилом всего, главной желанной целью политики и Медведева, и Путина. Вопросы национальной безопасности уступили место соображениям экономической выгоды. И это на фоне откровенного признания, что НАТО проводит политику окружения России и того, что руководство стран НАТО рассматривает нас как своих противников. Какая-то шизофрения в голове. А нельзя было задаться вопросом, зачем НАТО нас окружает? Просто от нечего делать? От любви к искусству? Или все-таки оно хочет раздавить, уничтожить Россию? И зачем нам тогда с ними развивать отношения, тем более в ущерб собственной безопасности? Этого Медведев так и не разъяснил. И ошибочность своего решения признавать не хочет. Причем на въедливый вопрос журналиста о том, что отношения с Западом после событий на Украине все равно испортились, Медведев начал юлить. Вот его ответ: «Это разные ситуации. И люди там другие уже работают: наши партнеры совершенно другую позицию занимают. Но самое главное — что это просто принципиально разные истории».
Хочется спросить Дмитрия Анатольевича, какие же это разные ситуации? Это все та же политика окружения России, про которую сам же он рассказывает в интервью – втягивание Украины в Евросоюз и НАТО. Люди другие, но политика та же. И не видеть связи переворота в Киеве в 2014 году с августовской войной 2008 года в Южной Осетии означает явное непонимание существа международных отношений. Причем украинские события явились прямым следствиями той нерешительности, которую Медведев и все руководство РФ проявили в 2008 году из-за желания торговать с Западом. Ведь если бы Медведев пошел до конца, взял Тбилиси, сверг бы режим Саакашвили, придал бы его суду и отправил на пожизненный срок в Магадан, то Запад испугался бы. Да, отношения стали бы хуже уже тогда. Но 6 лет для истории – это ничто, это мгновение. Однако затевать переворот на Украине Запад бы не рискнул, понимая, что Москва будет действовать решительно и бескомпромиссно. Поэтому Украину мы не потеряли бы. Она постепенно продолжила бы втягиваться в пространство ЕАЭС. А сейчас – это кровоточащая рана на границе с Россией. В этом урок на будущее. И этот урок в том, что вопросы национальной безопасности – это высший приоритет, который никогда нельзя приносить в жертву никаким другим интересам, в том числе экономическим. Надеюсь, что это понимание в конце концов достигнет умов политического руководства России.
Михаил Александров – доктор политических наук, ведущий эксперт Центра военно-политических исследований МГИМО (У) МИД России, специально для ИА «Реалист»
