На сегодняшний день ни для кого уже не секрет, что западные страны прикладывают нимало усилий для оказания давления на Россию в экономической, политической, военно-технической, культурной и социо-гуманитарной сферах. В частности, против России введены экономические санкции со стороны США и ЕС, ее лишают права голоса или исключают из международных организаций, обвиняют в политическом шпионаже, провокациях и вмешательстве в выборы, упрекают в создании новых смертоносных видов оружия.
Такой комплексный подход был призван обеспечить единовременное ослабление России, как одного из претендентов на роль мирового политического лидера. США и ЕС ожидали, что России рано или поздно придется поддержать их правила игры в принятии глобальных политических решений, в построении системы безопасности, в формировании общечеловеческих ценностей. Однако, такие ожидания оказались преждевременными. Россия не отошла от собственного исключительного внешнеполитического курса. Более того, постепенно расширяется та часть мировой общественности, которая не верит в негативный образ России, создаваемый западными политиками и средствами массовой информации.
В начале второго десятилетия ХХI века основной упор делался на втягивание России в военно-политические кризисы, разразившиеся на Ближнем Востоке и в Северной Африке, а также на Востоке Украины. Но успехи российской политики на обоих направлениях привели к изменению стратегии Запада в отношении РФ. На первый план все более отчетливо стали выходить социальные, культурно-гуманитарные акции не только против самого государства, его главы, но и граждан. Такими акциями можно считать недопущение российских спортсменов до Олимпиады в Рио-де-Жанейро, существенное сокращение участия сборной в Олимпиаде и Паралимпиаде в Пхенчхане под нейтральным флагом из-за доноса информатора о санкционированных случаях приема допинга российскими атлетами. Все эти провокации направлены на представление России в глазах мирового сообщества исключительно коррумпированной страной, поощряющей прием спортсменами незаконных веществ. Однако и эти манипуляции не принесли Западу желаемых результатов.
Неудивительно, что США и страны Европы разочарованы тем, что российское общество не поддается тем манипуляционным механизмам, какие были отработаны в Грузии, на Украине и других странах, где более или менее успешно прошли цветные революции. В следствии этого вновь предпринимаются попытки дискредитировать Россию. Одной из них можно назвать борьбу с русским языком, как одним из наиболее важных элементов «мягкой силы» России, в странах постсоветского пространства.
Именно проблемы русскоязычного населения на Украине стали одной из причин вооруженного конфликта на Востоке страны. Расколотое общество, часть которого не готова принять бандеровскую власть, не до конца понимает что борьба с русским языком никоим образом не коррелируется с желанием украинских властей усилить свою самоидентичность, обеспечить национальный суверенитет. Это исключительно борьба с Россией, которая украинским властям была по большей части навязана извне. Еще в конце декабря 2017 г. стало известно о том, что радикальные националисты лоббируют на Украине закон о запрете говорить на русском языке, а также о наказании за нарушение этого законодательного акта.
Украина пошла по пути Латвии, которая давно проводит политику по вытеснению русского языка как из учебного процесса, так и повседневного обихода. На очередном заседании Сейма Латвии в конце марта 2018 г. было принято решение о переходе всех латвийских школ на обучение на государственном (латышском) языке. Разработана достаточно гибкая система перехода: в начальной школе 50% предметов будут преподаваться на латышском языке, с седьмого по девятый класс уже 80%, а в старшей школе, с десятого по одиннадцатый класс, все дисциплины будут вестись исключительно на государственном языке.
По-видимому, такая система призвана обеспечить процесс мягкого устранения русского языка из жизни граждан Латвии. Если новые поколения граждан будут постепенно получать все меньшую дозу знаний на русском языке, то даже те, кто сейчас считают себя русскими по национальности вскоре не смогут говорить на родном языке. Возможен ли такой исход борьбы Запада против русского языка и что может сделать Россия, чтобы защитить права граждан, которые считают этот язык родным?
Следует отметить, процесс устранения русского языка из повседневного обихода может сопровождаться определенными трудностями для латвийского правительства. Это связано с большим русскоязычным контингентом, проживающим на территории Латвии. По данным двух последних переписей населения (2000 г. и 2011 г.) русский язык считают родным более 37% населения страны, среди которых не только этнические русские, но и украинцы, белорусы и другие национальные меньшинства. Кроме того, по данным Центрального статистического бюро Латвии, русская диаспора является самой многочисленной и проживает на обширной территории в центральной и юго-восточной частях страны.
На фоне таких показателей латвийскому правительству будет сложно в кратчайшие сроки провести языковую реформу в образовательной системе. Об этом говорит и мэр Риги Нил Ушаков, считающий такой маневр властей попыткой отвлечь общественность от более насущных проблем в этой сфере, например, от «трагедии сельских школ, которые постепенно закрываются». Но даже если запретить преподавание на русском языке в школах, то никто не заставит родителей отказаться от общения на нем с детьми. Это дает преимущество России и позволяет усиливать процесс популяризации языка. При этом можно внести дополнительные изменения в саму стратегию расширения русскоговорящего контингента.
В частности, речь идет о том, что при богатом выборе институтов, занимающихся продвижением русского языка (Министерство образования и науки, Государственный институт русского языка им. А.С. Пушкина, Россотрудничество, Фонд «Русский мир» и др.), единого подхода к этому процессу нет. Регулярно приглашаются на переподготовку преподаватели русского языка для повышения квалификации, но из-за новых законов в странах Прибалтики по ликвидации иных языков кроме государственных потребность в дополнительном образовании педагогов вскоре отпадет. Именно поэтому стоит обратить внимание на то, чтобы русскоговорящие специалисты не только совершенствовали свои навыки его преподавания, но могли, например, готовить школьников к поступлению в российские вузы по различным специальностям. Это добавило бы уникальности урокам и выпускники старших классов, желающие поступить в высшие учебные заведения России, не отказались бы окончательно от русского языка.
Также не стоит забывать, что каждое следующее поколение школьников все раньше начинает использовать новые технологии. В связи с этим, возможно визуализировать уроки русского языка и других общеобразовательных предметов. Это позволит проводить уроки не только с преподавателями, но и скачивать видео-пособия и аудиокниги по совершенствованию навыков по основным дисциплинам. Также, важную роль в процессе обучения играет сеть Интернет, которую также можно использовать в качестве инструмента продвижения русского языка за рубежом. Создание социальных сетей, в которых русскоязычное население сможет общаться, проведение работы со средствами массовой информации: все это также может стать дополнительными возможностями для того, чтобы русский язык не ушел из повседневного использования обществом за пределами России.
В действительности, противостоять западным проектам по вытеснению России из различных регионов и по снижению ее влияния через диаспору не просто. Приходится искать новые способы защитить права русскоязычного населения и новые возможности для продвижения свих культурных и образовательных ценностей. Но даже в такой непростой ситуации можно найти положительные моменты. Каждый новый этап преодоления сопровождается получением опыта в продвижении своих интересов. А открытое ущемление русского языка провоцирует людей задуматься над тем, действительно ли в демократических странах они живут, и не стоит ли что-то изменить, чтобы в результате не оказаться марионетками в руках узкой группы антироссийских политиков. Остается загадкой, сколько еще стран пойдут по пути Украины и Латвии прежде чем европейский эстеблишмент задумается о том, насколько опасна дискриминация меньшинств на государственном уровне.
Наталья Ивкина – магистр в области международных отношений, специально для ИА «Реалист»
