МОСКВА (ИА Реалист). На фоне роста проникновения и контроля государства над интернетом россияне начинают жить параллельными треками, отмечает политолог Кирилл Истомин.
«В одном они эффективно взаимодействуют с государством через новые сервисы обратной связи, страницы органов власти и чиновников, хотя и стараются делать это максимально незатратно по времени. В другом — ведут свой досуг, желая от государства свои активности максимально закрыть. Избиратели постепенно, но уверенно уходят из публичных каналов в т.н. dark social — мессенджеры, закрытые чаты, личные переписки. При этом эффективных технологий, например, работы в мессенджерах сегодня у выборных технологов нет», — отмечает он.
По его мнению, в ближайшие два года нас ждет кризис эффективности существующих инструментов доставки месседжа в сети: «Даже если найдутся способы зайти в новые каналы, возникнет иная проблема —объяснить заказчику необходимость и обосновать выделение средств на эти неочевидные инструменты».
Истомин считает, что второй вызов связан с дистанционным электронным голосование:
«Система уже сегодня готова к масштабированию электронного голосования на всю страну, но не делает этого из-за крайне низкого доверия к легитимности инструмента. Я уверен, что проблема принятия людей здесь примерно в той же плоскости, что и вопрос доверия вакцинации. Любое крупное решение государства сегодня в России, к сожалению, необходимо сопровождать масштабными превентивными информационными кампаниями.
Для людей условно «новое» от органов власти сейчас априори вызывает отрицание. И так как ДЭГ во многих регионах страны в этом и прошлом электоральном цикле, в частности, использовался для мобилизации лояльного электората, то вызовом для кампании 2024 станет необходимость убедить общество, что результаты, полученные через электронные инструменты, действительно отражают волеизъявление жителей».
Третий вызов, по его словам, связан с эффективностью интернет-технологий: «В 2021 году на выборах Госдуму все избирательные штабы (я здесь беру штабы победителей) впервые повсеместно проводили отдельную емкую кампанию по агитации за кандидата в интернете, включая ведение страниц будущего депутата в социальных сетях. Если посмотреть на эти страницы сегодня, мы придем к тому, что только 25-30% депутатов продолжили вести их после окончания голосования. Я не только про публикацию контента, но и про обратную связь, ответы на комментарии граждан, коммуникацию в личных сообщениях. Это связано со многими факторами — от падения мотивации до отъезда из региона команд, обеспечивавших данный процесс», — пояснил он.
Политолог подчеркивает, что в таком отношении к ведению соцсетей есть огромный риск для действующего парламента как института в целом:
«Люди поверили кандидатам, в их искренность, открытость, готовность к прямому диалогу. И ситуация, когда этот диалог закончился 19 сентября, через пять лет может электорально сыграть самым неожиданным образом. Конечно, поживем-увидим. Но мое личное мнение, что главным условием сохранения доверия Госдуме VIII созыва и фундаментом для кампании 2024 станет продолжение интернет-активности всех без исключения избранных депутатов ГД. Все остальные варианты — катастрофа».
