ПЕКИН (ИА Реалист). 15 мая президент США Дональд Трамп и председатель КНР Си Цзиньпин начали заключительный этап переговоров в рамках ключевого американо-китайского саммита в Пекине. Китайская сторона позиционирует встречу как начало новой эпохи «стратегической стабильности» между двумя сверхдержавами.
Утром лидеры провели неформальную встречу за чаем в комплексе Чжуннаньхай — закрытой резиденции руководства Коммунистической партии Китая рядом с площадью Тяньаньмэнь. После этого состоялись рабочие переговоры и совместный обед перед вылетом Трампа в Вашингтон.
Переговоры стали продолжением церемониальной части визита, состоявшейся 14 мая. Тогда Си встретил американского президента с полными воинскими почестями в Доме народных собраний. Позже лидеры посетили Храм Неба и приняли участие в государственном банкете.
Трампа сопровождает крупная деловая делегация, в которую вошли глава Apple Тим Кук, руководитель Tesla Илон Маск, а также представители других американских корпораций. Белый дом пытается представить визит как экономически выгодный для США.
Американские чиновники заявляют о возможных крупных контрактах на поставки нефти, самолётов и сельскохозяйственной продукции, однако конкретные параметры сделок пока не раскрываются.
Пекин, в свою очередь, акцентирует внимание на стратегических вопросах. Китайские власти подчёркивают, что «тайваньский вопрос» остаётся центральным элементом отношений между двумя странами. Одновременно КНР добивается продления торгового перемирия, достигнутого после встречи Трампа и Си Цзиньпина в Пусане в 2025 году.
Тогда стороны договорились приостановить эскалацию тарифной войны после того, как Китай ввёл экспортные ограничения на поставки критически важных минералов, используемых в американской промышленности.
«Я согласовал с президентом Трампом новое видение построения конструктивных китайско-американских отношений стратегической стабильности», — цитирует Си Цзиньпина министерство иностранных дел КНР.
По словам китайского лидера, новая модель должна обеспечить «стратегическое руководство» отношениями двух стран «на ближайшие три года и далее».
В Пекине концепцию «конструктивной стратегической стабильности» трактуют как:
- сохранение сотрудничества в качестве основы отношений;
- удержание конкуренции «в разумных пределах»;
- контроль над разногласиями;
- поддержание долгосрочной предсказуемости и стабильности.
Аналитики считают, что Китай стремится ограничить возможности США для дальнейшей эскалации конфликта в условиях замедления собственной экономики и высокой зависимости роста от экспорта.
«Пекин фактически предлагает новую операционную систему для двусторонних отношений», — заявила эксперт Asia Society Лицзи Ли.
Трамп также сообщил, что стороны обсуждали войну вокруг Ирана. По словам американского президента, Си Цзиньпин подтвердил позицию Китая о необходимости открытия Ормузского пролива и предложил содействие в урегулировании кризиса. Однако китайские государственные СМИ эти заявления не комментировали.
Американские чиновники также сообщили, что Вашингтон и Пекин рассматривают создание совместных советов по торговле и инвестициям для определения сфер сотрудничества, не затрагивающих вопросы национальной безопасности.
Торговый представитель США Джеймисон Грир заявил, что экспортные ограничения на поставки полупроводников пока не стали ключевой темой переговоров, несмотря на присутствие в Пекине главы Nvidia Дженсена Хуанга в составе американской делегации.
Несмотря на отсутствие официального совместного заявления о крупном соглашении, переговоры в Пекине уже обозначили несколько стратегических результатов.
1. Стороны подтвердили сохранение торгового перемирия
Вашингтон и Пекин фактически подтвердили отказ от немедленной эскалации тарифной войны. Для Китая это критически важно на фоне замедления внутреннего спроса и кризиса в строительном секторе, а для США — с точки зрения стабильности цепочек поставок и сдерживания инфляции.
2. Китай предложил новую модель отношений с США
Концепция «стратегической стабильности», продвигаемая Си, предполагает переход от политики постоянной конфронтации к управляемой конкуренции. Пекин пытается институционализировать отношения таким образом, чтобы снизить риск экономического и технологического разрыва между двумя странами.
3. Тайвань остаётся главным геополитическим узлом
Китай дал понять, что вопрос Тайваня рассматривается как базовый индикатор отношений с Вашингтоном. Это означает, что даже при сохранении экономического диалога военное и стратегическое соперничество останется структурной частью американо-китайских отношений.
4. США и Китай ищут «безопасные зоны» сотрудничества
Идея создания совместных торгово-инвестиционных механизмов показывает стремление двух экономик разделить чувствительные сектора и области, где сотрудничество остаётся возможным. Речь идёт о попытке предотвратить полный экономический разрыв («decoupling»), заменив его частичным технологическим и финансовым разграничением.
5. Иран и Ормузский пролив становятся новой площадкой взаимодействия
Обсуждение Ирана показывает, что США и Китай заинтересованы в предотвращении дестабилизации мирового энергетического рынка. Для Пекина Ормузский пролив имеет критическое значение как маршрут поставок нефти, а Вашингтон стремится избежать глобального ценового шока.
6. Технологическое противостояние никуда не исчезло
Хотя экспортные ограничения на полупроводники не стали центральной темой саммита, сам факт присутствия руководителей крупнейших технологических компаний показывает: борьба за контроль над ИИ, чипами и высокотехнологичными цепочками поставок остаётся фундаментальным элементом соперничества США и Китая.
Переговоры в Пекине показывают, что Вашингтон и Пекин постепенно переходят от модели прямой экономической конфронтации к модели управляемого стратегического соперничества.
США пытаются сохранить глобальное технологическое лидерство и систему союзов в Азии, одновременно избегая полномасштабного экономического разрыва с Китаем. Пекин, в свою очередь, стремится выиграть время для стабилизации внутренней экономики, снижения зависимости от экспорта и укрепления технологического суверенитета.
При этом фундаментальные противоречия — Тайвань, полупроводники, контроль над цепочками поставок, искусственный интеллект и военное присутствие США в Азии — остаются нерешёнными.
Именно поэтому нынешний саммит скорее фиксирует временную стабилизацию отношений, чем реальное стратегическое примирение.
