Оценивая итоги опроса ВЦИОМ о предвыборной ситуации в Москве, проведенного c 21 по 23 июня 2019 года, стоит учитывать некоторые нюансы.
Например, респондентам был задан вопрос: «Если к Вам придут с просьбой подписаться в поддержку выдвижения кандидата представители следующих партий, то кандидатов от какой партии Вы скорее готовы будете поддержать?» (среди предоставленных опрошенным вариантов ответа – «провластного кандидата», «представителя парламентской оппозиции», «кандидата от несистемной оппозиции по округу», «не буду поддерживать партии», «другая партия», а также «вообще не буду подписываться» и «затрудняюсь ответить»). На первый взгляд, это может дать хотя бы приблизительные данные о симпатиях москвичей на старте кампании (готов поставить подпись – значит, по крайней мере, не исключает поддержки кандидата от данной политической силы и на выборах). Но на деле все сложнее. Конечно, политизированный избиратель, а доля таковых в условиях ожидаемой невысокой явки будет довольно значительной, примерно догадается, кто из кандидатов относится к лояльному мэрии пулу. Но при этом сами кандидаты из этой группы не особо акцентируют внимание на своей «провластности», подчас пытаясь перехватить оппозиционную повестку, а многие граждане, делая выбор, вообще не будут отталкиваться от категорий «провластный-оппозиционный». Они будут смотреть, в том числе, на статус (должность и профессию), возраст кандидата, данные о его опыте, в конце концов – на его фотогеничность.
Респондентов, ответивших, что «не будут поддерживать партии», а таковых набралось 5%, скорее можно отнести как к потенциальным сторонникам тех самых самовыдвиженцев из лояльного пула, но вполне возможно – и к той части граждан, что разочаровались во всех политических силах и в итоге не будут поддерживать никого.
С опрошенными, готовыми поддержать оппозиционных кандидатов, тоже не все так просто. Естественно, в самом вопросе о кандидатах парламентской оппозиции, от которых к гражданам «придут с просьбой подписаться» есть понятная доля лукавства – подавляющее большинство таких политиков будет, в соответствии с законом, зарегистрировано без сбора подписей, хотя среди участников нынешней гонки действительно есть функционеры парламентских партий, конференциями этих политических сил поддержанные, но идущие на выборы в качестве самовыдвиженцев. Например, член «Справедливой России» Илья Свиридов в округе №44 или поддержанный конференцией КПРФ, но пошедший в качестве самовыдвиженца Сергей Цукасов в округе №14. Но дело не только в этом. Автору этих строк приходилось сталкиваться даже с политическими журналистами и политтехнологами, которые относили к парламентским партии, в действительности в Госдуме не представленные. О том, какие из непарламентских партий относить к «несистемным», даже политологи дискутируют. Так что, по крайней мере, некоторая часть опрошенных тоже могла в этих терминах запутаться.
Наконец, заявления респондентов о готовности поддерживать абстрактных «провластных кандидатов», «представителей парламентской оппозиции» или «несистемных» политиков могут существенно отличаться, если опрошенным предложить список конкретных кандидатов в соответствующем округе. А в некоторых округах избирателям придется выбирать только из представителей оппозиционных сил (причем, практически ни для кого не секрет, что часть из них отличается от кандидатов лояльного пула скорее по стилю, чем по сути).
То есть, результаты указанного опроса ВЦИОМ фиксируют не расклад политических сил в начале кампании, собственно, на это и не претендуя, а скорее дают косвенные данные, позволяющие хотя бы частично представить, насколько сильны в городе протестные настроения. И в этом смысле итоги опроса дают больше поводов для оптимизма (пользуясь терминологией данного исследования) «провластным кандидатам». О готовности их поддержать заявило 29% респондентов, в то время, как представителей парламентской оппозиции – 18%, а кандидатов несистемной – 6%. При этом 69% опрошенных заявили, что скорее довольны положением дел в своем районе и только 24% – скорее недовольны.
Впрочем, тут тоже есть свои подводные камни. Авторы исследования не публикуют соотношения – какой процент респондентов в каждой из этих групп, а не только среди опрошенных в целом, готов принять участие в голосовании. Кроме того, опыт предыдущих выборов в Мосгордуму показывает, что далеко не во всех одномандатных округах, где высокие результаты получали оппозиционные кандидаты, была интенсивная протестная активность в связи с проблемами районного уровня. Вопрос, насколько эффективно кандидаты – как представители лояльного пула, так различных оппозиционных сил – построят кампанию и смогут довести своих сторонников до избирательных участков.
Михаил Нейжмаков – ведущий аналитик Агентства политических и экономических коммуникаций, специально для ИА «Реалист»
